Лепта

Смотрели, ликуя, подростки,

Видавшая виды шпана,

Как, сбив двух жандармов, Котовский

Выпрыгивал в сад из окна.

Во тьму билетёрша бежала,

Быстрее, чем в кадре артист,

На грянувший в темени зала

Трёхпалый восторженный свист…

Ах, что нам тогда не прощалось!

Но в сердце оставили след

И фильмов наивных слащавость,

И горькая правда тех лет.

В воскресный вечер

Ах, Тихвинская улица, признал!

Здесь были раньше Тихвинские бани.

А нынче – стройка, стройка. И проезд

Закрыт.

За забором уже дома вздымаются на треть.

А старые – с отбитой штукатуркой

И с выбитыми окнами – стоят

И ждут, когда их тоже поломают.

А стены их хранят воспоминанья

И старый шрифт. Вот надпись: «Мясо – Зельцъ»,

«Чай. Сахаръ. Кофе». Чудом сохранились

Доископаемые письмена.

Под вывесками новыми, как видно,

Они хранились до поры, до срока

И вот сейчас видны на пустыре.

Видны, да кто теперь их прочитает!..

Идет трамвай, в нём пассажир один —

Осенняя тоска.

И падают на пыльный тротуар.

Как много попадается мужчин,

Не знающих забот и сожалений.

Они вдвоём, втроём идут к палатке

С названием нелепым: «Зал пивной»,

Толкаются у входа в магазин,

И ветер гладит их по потным лицам.

А вот один, гуляющий с собачкой,

Кричит: «Козявка! Ну, бегом ко мне!»

По узенькой асфальтовой дорожке

Бежит собачка, высунув язык

Из окаймлённой зубчиками пасти.

А день к концу подходит выходной.

Осенний день, но ясный и погожий.

И солнце, отработав, отсветив,

Скрывается за крышами квартала,

Чтоб завтра новый долгий день начать…

«На диване цветная накидка…»

К. К.

На диване цветная накидка,

Книжный шкаф, пёстрый коврик у ног.

В сером сумраке красная нитка

Из мотка убегает в клубок.

Плеск дождя из раскрытой фрамуги,

Вечереющей улицы вид.

Плавно ходят проворные руки,

Круг за кругом моталка бежит…

На исходе неяркого лета

В сердце врезаны острым резцом

Эта комнатка, женщина эта —

С ранней проседью, с добрым лицом.

И от этой возвышенной муки

Ноет сердце… Но, нервы щадя,

Осторожно сплетаются звуки:

Шорох нити и шорох дождя.

«Дух сиреневый в окно…»

Дух сиреневый в окно

Тянет ветер струйкой горькой.

До утра темным-темно

За распахнутою створкой.

Вздохи, всхлипы, бормотанья —

Спит предместье, сон глубок.