Люска

Люска

Владимир Васильевич Воронин

«Люська была кобыла. Самая настоящая кобыла, лошадь донской породы. С явной примесью заморских благородных кровей. Об этом говорили маленькая красивая голова, точёные ножки, пропорционально сложенный корпус, длинная тонкая шея.

Характер у Люськи был тот ещё. Молодая, не в меру пугливая и неуравновешенная, она, тем не менее, сумела завоевать престижное третье место в крупных соревнованиях трёхлеток. Ей прочили хорошее будущее. Прочили, да напророчили.

Полутрезвый конюх поленился подольше «пошагать» её после изнурительной тренировки.

Поставил сразу в денник, потную и разгорячённую. Другой конюх, такой же молодой и такой же не совсем трезвый, напоил её, по недосмотру, холодной водой вволю…»

Владимир Васильевич Воронин

Люска

Памяти Александра Прокопьевича Кривопуста, бывшего директора Кулешовского стеклотарного завода и Азовского комбината детского питания, большого и бескорыстного любителя лошадей посвящается

Лошади, те же люди, только лучше.

    А. Кривопуст

© ИИЦ «АЗОВ», оформление, 2015

* * *

1 кадр

Зигзаги судьбы

Люська была кобыла. Самая настоящая кобыла, лошадь донской породы. С явной примесью заморских благородных кровей. Об этом говорили маленькая красивая голова, точёные ножки, пропорционально сложенный корпус, длинная тонкая шея.

Характер у Люськи был тот ещё. Молодая, не в меру пугливая и неуравновешенная, она, тем не менее, сумела завоевать престижное третье место в крупных соревнованиях трёхлеток.

Ей прочили хорошее будущее. Прочили, да напророчили.

Полутрезвый конюх поленился подольше «пошагать» её после изнурительной тренировки. Поставил сразу в денник, потную и разгорячённую. Другой конюх, такой же молодой и такой же не совсем трезвый, напоил её, по недосмотру, холодной водой вволю.

И всё. Кончилась Люська. На следующей тренировке, она еле-еле одолела один круг, начала задыхаться, «запалилась».

Конюхов, конечно, наказали. Лишили квартальной премии и чуть было не уволили.

Но на судьбу Люськи это никак уже не повлияло. Кончились Люськины перспективы. Её списали. А списав, продали.

Продали задёшево подвернувшемуся покупателю, начинающему фермеру. Фермер был мужичок из городских, ему надоела «до чёртиков» жизнь в каменных джунглях с дикими людьми, помышляющими только о наживе. Решил он, что на заброшенном хуторе жизнь будет чище и веселей.

Мечтал жить своим трудом, завести коз, корову и лошадь.