Россия-мама, или История одного солдата. Повесть

– Фигня, прорвемся, ни в первый раз!

После отбоя, лежа в кровати и вспоминая весь прожитый день, Алекс мысленно был готов к любым дальнейшим события. Он был уверен, что все сделал правильно и случись прожить этот день заново, он бы сделал все так, как сделал и единственное, что возможно поправил, это признался бы Ане во внезапно нахлынувшем чувстве. Он уже почти задремал, когда услышал голос старшины Доценко:

– Взвод, позу крокодила принять! – Кровати заскрипели, и через пару секунд весь взвод висел, растянувшись между душками своих кроватей.

– Ээ, Доцент, ты заеб… л! – раздался голос Трошина. – Тебе че от моих надо? Пусть спят, а то завтра на тактике опять как полусонные мухи будут!

– Заткнись, Троха! Званый, ко мне! А все остальные висят, да и Шалам не сачкует! – продолжил старшина. Алекс через секунду стоял на взлётке перед старшиной.

– Ээ, Доцент, а ты че это меня затыкаешь? – возмущенно сквозь сон, увеличивая, громкость в командирском голосе произнес зам.

ком. Трошин, – взвод, отставить! Отбой! Всем спать я сказал! Доцент, если у тебя проблемы со Званным, так бери его и др… чи у себя в каптерке и не трахай всем мозги!

– А ты мне не указывай сержант, где и кому трахать мозги! Хочу в каптерке, а хочу здесь. Званый, загибайся на колобаху! – Алекс наклонил голову.

– Ниже, ниже, – прокомментировал старшина и сильным ударом ладони в шею свалил Алексея на пол.

– Доцент, ну мы ведь договорились, – продолжил Трошин, приподнимаясь в кровати на локтях, – п… зди его где-нибудь в другом месте.

– Троха, я же тебе уже сказал, заткнись или тебя рядом с ним поставить? – разошелся Доценко.

– Доцент, ты че совсем на голову больной стал! – возмутился Трошин, но развивать дальнейшую полемику не стал. Алекс приходил в себя после удара и поднимался с пола. Весь взвод конечно уже не спал, а просто лёжа в кроватях, молчаливо наблюдали за происходящим в центре казармы.

– Ну, че Званый, очухался? Давай, давай загибайся рачком, продолжим воспитательную работу! Что ты так раскорячился или мать твоя тебя вставать раком не научила, а? – в самодурном упоении ревел Доценко.

После этих слов у Алекса помутнело в сознании, кулаки его сжались, а его наливающиеся кровью глаза, увидел наблюдающий за процессом Трошин. Резким оборотов вокруг себя, Алекс выпрямился и хлестким ударом на отмаш, ребром кулака настиг старшину в тот момент, когда он еще что-то говорил.