Ядовитый воздух свободы

Ты хоть знаешь, кто такой Аксель Грин?

В трубке что-то звякнуло, потом крякнуло, потом раздался грохот, как будто криминалист влетел в стену или упал в ванной. Тейн замерла, она начала про себя считать до десяти, чтобы не сорваться и не отчитать Николаса так, чтобы он вспомнил всех своих родственников до десятого колена. Это змеиное гнездо Туттонов, которое прочно обосновалось в Спутнике-7 и не вылезало из лабораторий. Только вот сынок получился отщепенцем. Родня вся профессура, академики. А он… стыдно сказать кто.

Криминалист. В захудалом городишке. Хотя нет. Спутник-7 – это научный центр. Жить и работать тут почетно. Если ты ученый. А не пресмыкала перед законом.

Магдалену передернуло от нахлынувших воспоминаний, и она крепче сжала трубку похолодевшими пальцами.

– Этого белобрысого альфа-самца только лабораторные крысы не знают, – наконец огрызнулся Туттон. – И то я в этом тезисе не уверен. Маги, ну ей-богу, я сделал все что мог. По крупицам собрал пыль в твоем бункере, облазил нишу, тело, все вокруг.

Мой самый подробный отчет уже давно на твоем столе. Мы даже личность жертвы установили. Что ты от меня еще хочешь?

Тейн щелкнула зажигалкой и закурила, обхватив сигаретный фильтр накрашенными ярко-красной помадой губами. Она ощущала перед приездом знаменитого коллеги такой стресс, что даже расчехлила давно (после развода) заброшенную косметичку. Зачем?..

– Во-первых, – выдержав паузу, нарочито спокойным тоном продолжила комиссар, – никогда не называй меня Маги. Во-вторых, я хочу, чтобы Грин не убежал сломя голову, увидев, какая жесть творится в нашем управлении.

– А я тут при чем? – не выдержал Ник. Магдалена услышала характерный щелчок Zippo – он тоже закурил. Прикрыв глаза, она вспомнила его запах: вишневые сигариллы всегда смешивались с ароматом его парфюма.

– В отделе, который должен заниматься убийствами, мы с тобой одни. Лионель вовремя свалил в отпуск. Еще и добавил к нему все накопленные лет за сто отгулы. Не думаю, что увидим его раньше конца месяца.

– Пф-ф-ф…

Ник надолго замолчал. Они курили, не обрывая связь. Магдалена открыла глаза и осмотрелась. Скромный, бедненький провинциальный кабинетик: два стола, стулья, кондиционер, чек-листы, приказы управления и сертификаты по стенам. Ни одной личной вещи. Что там обычно хранится на столе у нормальных полицейских? Фото любимых или родственников.

Родственники у нее имеются, любимых давно уже нет. И фотографии ничего, кроме боли, не приносят.