Ядовитый воздух свободы

Ник, привычно вздрогнув от звуков собственного полного имени, послушно сел. Перед отцом он чувствовал себя десятилетним пацаном, который подрался в школе и ждет взбучки. Нарочито спокойный вид Эрика разгонял панику до предела, но молодой мужчина старался держаться, почти удивляясь тому, каким слабым становился. Может, Ник выбрал Магдалену именно поэтому? Рядом с ней он чувствовал себя взрослым и полноценным мужчиной, а рядом с отцом или любым членом семьи – младшеньким Никки.

– Семья дала тебе возможность жить так, как тебе хотелось, больше тридцати лет, – все тем же тоном продолжил отец.

 – Ты выбрал профессию, которая никому не нужна, ведешь себя так, будто ты и не Туттон, нашел себе в фальшивые жены фальшивку…

– Она Тейн!

– Она ненастоящая Тейн, – спокойно возразил отец и наконец посмотрел на него. – Ты меня обманул. Леонард даже имени этой дешевки не знает. То, что ее мамаша окрутила кого-то из Тейнов, ее саму к этой семье не отнесло. Равно как и мамашу.

– Отец, мы начинали этот разговор бесконечное количество раз.

Я люблю Магдалену. Я с ней счастлив. Каждую минуту я думаю о том, что Бог сделал мне бесценный подарок. Мне плевать на все, что ты скажешь, правда, – неожиданно почувствовав силу, спокойно проговорил Ник в безотчетной попытке защититься от грозной реальности. – Хочешь, лиши меня наследства, хочешь, выгони из дома. Зачем звал сюда, если ты снова поднимаешь тот же разговор, что и после свадьбы?

– Свадьбы, которую признали незаконной, – спокойно сказал Эрик, будто пропустив тираду сына мимо ушей.

– Что?..

Туттон-старший кивнул на бумагу, которая лежала перед ним.

– Ваш брак аннулирован. А ты женишься на Лизе Элингтон.

– Что?..

Ник протянул руку. Отец отдал документ.

– Это копия, – зачем-то пояснил он и повернулся к камину. – Я позвал тебя, чтобы дать последний шанс сохранить лицо и фамилию. Если ты посмеешь ослушаться и в этот раз, твоя фальшивка сядет за шпионаж, можешь не сомневаться. Ты знаешь, как фабрикуются подобные дела. Напомни, что светит изменникам за разглашение государственной тайны?

– Двадцать пять лет или…

– Или?

Во рту пересохло, Ник опустил руки с бумагой и уставился на огонь, не в силах поверить, что отец ему угрожает.

Ему, сотруднику полиции! Отец говорит в лицо, что сфабрикует дело о шпионаже. Страшно было другое. Зная Эрика, Туттон-младший понимал, отец не бросает слов на ветер. Как можно быть таким жестоким по отношению к собственным детям?..

– …смертная казнь.