Небесный пастух (сборник)

Истрёпанные ветром паруса

От долгих странствий.

И еле слышные, тупые голоса

В немом пространстве.

А за спиной цепочкой старых стен —

Одна нелепость.

Свидетель давних грозных перемен —

Седая крепость.

Полуразрушенный, пустой, немытый храм,

Сквозные окна.

Икона, треснувшая пополам,

Внутри поблёкла.

В вечерних сумерках вид у неё

Бывает страшен,

Руками тянутся в небытиё

Все восемь башен.

Волна с волною спорят, как тогда,

Бросая глянец,

Когда пришёл на эти берега

Вор-итальянец.

Я ухожу, пустеет парапет,

Свежо и поздно.

А крепость смотрит дырами мне вслед —

Свидетель грозный.

    23 августа 1996 г.

«Где-то бьётся море в Тель-Авиве…»

Где-то бьётся море в Тель-Авиве.

Старый город Яффа на пути.

Молока и мёда в изобильи,

Вот бы только мимо не пройти.

Симон-Пётр на крыше молит Бога,

Голодом и жаждою томим,

А внизу, у самого порога,

Спорят люди, что пришли за ним.

Старый порт – ровесник Соломона —

Волнами изгрызан неспроста,

С этих мест от гнева божьего Иона

Убегал во чрево грозного кита.

Я брожу, вдыхая пыль столетий,

Узнавая прошлого черты.

Этих дней неведомый свидетель

И участник вечной суеты.

    Январь 2014 г.

«Меня терзает пустота в голове…»

C. А. Есенину

(1895–1925)

Меня терзает пустота в голове.

Писать стихи кровью. Где это было?

И странно: каких-то чернил не хватило

Где-то там, в городе на Неве.

Ты был точно загнанный зверь.

Палачи не плачут и не играют чисто.

Что ж, становится ясно теперь:

Инсценировка самоубийства.

Все поверили в дикий обман:

Мол, у пьяниц случается нечто.

Так украли у россиян

Голос, рвущийся в вечность.

В «Англетере» последняя ночь,

Всё темно и синё за окном.

Страх пред будущим, а потом

Все сомнения канули прочь.

Айседора, Галина, к чему эта страсть —

Под берёзами плакать на целый день.

К их коленям как прежде уже не припасть

И не видеть просторы родных деревень.

Снова видится сон и мамина шаль,

Словно всадники встретились в нашем саду.

Там на ветках соловушка кличет беду,

Жизнь – мгновенье и вечная даль.

    7 августа 2012 г.

«Дышу Тобой – не надышусь…»

Дышу Тобой – не надышусь,

Что сердцу трепетному больно.

Моя берёзовая Русь —

Деревни, реки, колокольни.