Акватория

– Можно и так сказать, – хмыкнул рыжий.

– А там что? – указал он на свет, исходивший из пещер на другом краю города.

– Туда ходить запрещено, – отрезал мужчина.

«Мари», – догадался Рем, но сделал вид, что ему это не интересно.

Оливер отвел его в дом. На пороге их встретила и заботливо усадила за стол улыбчивая обладательница двух подбородков. Рем ругал себя за придирчивость к внешности и осуждение, и думал о том, что она может быть хорошим человеком. Еще никогда он так сильно не ошибался. Особа была сварливой и грубой.

– Кама! Прекрати мельтешить! Гость устал! – прикрикивал на нее Оливер.

После ужина мужчина отвел его в просторную комнату: новая мебель, ковер. Рем помнил, что такие укрывавшие полы изделия, перестали производить давным-давно из-за отсутствия практичности. В мире дикарей бросался в глаза пережиток прошлого. Всю ночь он лежал, думая о Мари и надеясь, что она жива.

Семиднев[9 - Семиднев – неделя.] пролетел незаметно. Рем считал дни, выводя черточки на ручке своей кровати.

Дикари не вели счет дням. Он присмотрелся к жителям и разделил их на категории: стражи – всегда наготове, при городе, и ловцы – те, кто совершал набеги. Еще была Амина – целитель. Она часто с ним сталкивалась, но разговор не заводила.

Мари так и не появилась. Его держали в пещере длительное время. Ее – в два раза дольше. Он переживал, как бы девушка не лишилась рассудка.

В тот вечер Кама была сама не своя – добра и учтива. Оливер куда-то подевался. Рем подумывал предложить ему себя в помощь, но не стал торопить события.

Для начала неплохо бы заслужить его доверие. Кама приземлилась на стул, жалобно затрещавший под ее весом. Ее лицо исказилось злорадной усмешкой. Рем ощутил запах самопала, и понял, что она пьяна. Женщина провела пальцами ему по руке, наклонилась и закусила губу. От омерзения у него образовался в горле ком. Она же приподняла его руку и положила на свою необъятную грудь.

– Я не могу, – выдавил Рем.

– Он не узнает, – просипела женщина, икая.

Рем вскочил на ноги и выбежал на улицу. Его дыхание сбилось, разум твердил вернуться, ведь она могла выставить все так, как будто он сбежал. Остановившись у крыльца, он съежился от холода. В доме было ненамного теплее, но все же. Вдали у костра смеялись хмельные мужчины. Однако связываться с ними он не хотел.

Рем решил прогуляться, чтобы согреться, и блуждал между домами. Все они выглядели одинаково. Он остановился напротив увеселительного здания.