В конечном счете. Сборник рассказов

В конечном счете. Сборник рассказов

Гореликова

В конечном счете мы можем оценить значение своей жизни только её ценностью для других. Из к/ф «Жизнь Дэвида Гейла» (The Life jf David Gale)

В конечном счете

Сборник рассказов

Гореликова

© Гореликова, 2016

ISBN 978-5-4483-4755-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Бегство мистера Макеева

Пятидесятитрехлетнему Макееву приснился подростковый сон. Будто бы он летал. Нет, скорее, плавал в синеве.

И белыми были не облака, а мельчайший песок, который струился вдоль тела. Почему песок?

Макеев напрягся.

«Нет, не помню, – с жалостью подумал он, откидывая одеяло, – ни черта не помню».

Макеев спустился в ярко освещенную кухню, где жена, облаченная в костюм от Армани, жарила тосты.

– Ты похож на сову, выпавшую из дупла, – сообщила она, не оборачиваясь.

– Тогда уж на филина.

– Для филина ты, Макеев, мелковат. Тосты будешь?

– Буду. А ты что так рано и при параде?

– Забыл? – Жена с негодованием обернулась.

 – Нет, Макеев, ты правда забыл?

Разделяя ее возмущение, из тостера вылетел золотистый кусок хлеба и шлепнулся на мраморную столешницу.

– А, вернисаж… Не забыл, конечно, – Макеев подобрал тост и надкусил. – Значит, ты сегодня с концами?

– Да, – самодовольно сказала жена, – сегодня насыщенный день. Сначала встреча делегации, потом обсуждение программы, потом обед, потом открытие. Ну, и сам понимаешь, речи и коктейли.

– Если напьешься, за руль не садись.

– Сдурел совсем? Когда я пила?

Это была правда. Жена ревностно относилась к своему здоровью. Фитнес, пилатес, йога и хрен знает что еще. Вот и сейчас проглотила очередную чудодейственную таблетку и запила свежевыжатым морковным соком.

На лестнице появился Исфандияр-ака. Бесшумно спустился. По дороге дотронулся до блестящей части кофе-машины, значительно прищелкнул языком и утвердился на своем обычном месте, около посудомойки.

Макеев вяло жевал тост и рассматривал стройную спину жены.

С некоторых пор он стал задаваться вопросом: есть ли у нее любовники? Интерес был начисто лишен ревности, и являлся, как полагал сам Макеев, чисто академическим. А что, весьма привлекательная зрелая женщина. Почему бы и нет?

– Макеев, я пошла.

Жена сунула чашку в посудомойку, Исфандияр-ака степенно посторонился.

– Если встретишь Наталью Петровну, скажи, что сегодня привезут шторы из чистки.