Чужие проблемы – мои гонорары. Собирая незримое

Система покажет: кто эффективно работает, а кто тратит время впустую… Вы будете иметь полную картину и понимать, чем занимаются ваши сотрудники… Ваш начальник АйТи отдела мне сообщил, что у вас сеть примерно из трехсот компьютеров…».

Я не стал дослушивать и снова надел наушники. Третьей компанией значилась некая «Андромеда» из Москвы. После услышанного от Егора я воодушевился и уверенно набрал номер:

– Сергей Сергеевич! Здравствуйте! Есть минутка?

– Мы знакомы?

– Пока нет. Меня зовут Алексей. Я представляю компанию…

– Меня не интересует, что вы там себе представляете.

Не звоните мне больше! Достали! – бросил трубку.

У меня задергалось веко правого глаза, и ком встал в горле. Рубашка прилипла к груди. Сосед слева Егор тараторил с каким-то Сергеем, которому объяснял, как программа делает скриншоты.

Сделав комментарий к «Андромеде», я мужественно набрал следующий номер. Это был сотовый Генерального директора завода железобетонных изделий, некоего господина Переверзева. Вместо гудков играл блатняк «Запахло весной».

Я любил эту песню и стал напевать про себя.

– Алё…

– Добрый день! Меня зовут Алексей, я представлю интересы компании «Комплекс Инсайдер»…

– Чьи интересы? – меня перебили.

– Компания называется «Комплекс Инсайдер».

– Послушайте, а не пойти ли вам в задницу?

– Э-э-э, – я не знал, как реагировать на такое прямолинейное указание.

– Мы в России работаем. Что за название у вас? Что оно означает?

– «Комплекс Инсайдер» переводится как…

– Почему не на русском? Вы откуда? – он перебивал сам себя.

 – В какой стране находится головной офис вашей организации?

– В России. Я вам звоню из…

– А почему название иностранное?! Почему люди должны переспрашивать и угадывать?

– Так это же… – я не был готов к таким вопросам.

«Пи-пи-пи-пи». Переверзев отключился из-за иностранных слов в нашем названии.

Впереди было девятьсот девяносто шесть звонков. Я дрожал уже от ожидания быть отвергнутым. Внутри росло напряжение и ощущение того, что весь день буду навязчивым и получать отказы.

Накатывала черная тоска. Хуже всего была неизбежность этого процесса в котором заключалась моя работа…

Я позвонил в два десятка компаний, но нигде не смог даже нормально поговорить ни с одним директором или заместителем. Я облегченно вздыхал, когда никто не брал трубку. Длинные гудки я слушал с закрытыми глазами, молясь, что трубку не возьмут.

Не хотелось звонить и я стал разглядывать зал.