Наследство Катарины. Книга 3. Часть 1. Бумеранг мести

Сейчас она смотрела на него действительно как психованная.

– После ужина приходи в каминный зал, попробуем кое-что интересное. – Ленц собирался спросить что именно, но девушка уже вошла в дом, оставляя его с Грандом наедине.

Ужин проходил в тишине. Мартин ковырял вилкой в тарелке, а Катарина и вовсе не явилась, и потому дом не баловал их деликатесами. Ленц быстро умял еду и побежал в каминную. Девушка сидела в кресле, протягивая руку в огонь, не обжигавший ей пальцев; ее светлые, густые волосы ниспадали на плечи.

– Дом только что отпустил меня, – грустно сказала она, погруженная в свои мысли. – Мы связаны. Одно целое. Я соединилась с ним в том году, обязав себя до конца дней уберегать его от плохих людей и влияния другой Вселенной. – Ленц не понимал ни слова. – Дом маскирует переход в другой мир, – подняла она на него ледяные глаза.

– Так вот, что я чувствовал все это время? Другой мир? – ошарашено сказал он в ответ.

– Нет, его энергию. Она может убить обычного человека, но ты не такой.

Твоего отца звали Неис. Он был могущественным колдуном и мог убить одним только взглядом, – кажется, парень забыл, как дышать. – Когда-то я боялась его. Я думаю, он нарочно обольстил твою мать, чтобы продолжить свой род. Мысли этого человека для всех были загадкой, но одно его желание известно наверняка: – он хотел заполучить дом. – Ленц побледнел, сжимая до боли скулы. Катарина включила режим защиты, и вокруг них закружили лучи.

– Он был плохим? – спросил ее еле слышно парень.

– Для тебя это будет тяжело, но ждать дольше нельзя. Сегодня я покажу тебе правду!

Она поднялась с кресла, золотые лучи подхватили его под мышками и поставили перед ней. Девушка взяла его за руки, ее глаза закатились, покрываясь слегка видимой пленкой, и они перенеслись в воспоминания.

Энергия лилась мощным потоком, голова кружилась, и он с трудом удерживался на ногах. Катарина – такая прекрасная, сильная, величественная, окруженная своими золотыми помощниками, воплотившимися в громадных тигров скаливших пасти, крепко держала его за руку.

Тепло прикосновения ее рук давало ему ощущение реальности происходящего. Он понимал, что она не лгала, но было в ее поведении что-то подозрительное, настораживающее. Даже не имея возможности прочитать ее мысли, Ленц видел и чувствовал недосказанность.

Они оказались в том же доме. Он трясся, как осенний листок, смотря на своего отца: могучего, высокого, широкоплечего, отвратительного лицом и сердцем.