Золушка XXI века: психология счастья и успеха для каждой девушки

 – Я шо, шо-нибудь за семки говорила? Я продаю кукурузу! А хто продает семечки, то я ни знаю. Каму кукурузу!

Торговка невозмутимо продолжила орать, а тетка в ярких тапках нехотя поплелась вдоль торгового ряда.

Выкрики с сильным акцентом и летнее солнышко, согревающее московские улицы, напомнили девушке ее поездки в Адлер и Сочи на летних каникулах. Только там еще предлагали фотографироваться с питоном и кататься на банане, а также «путешествовать над пучиной на парашюте». Повеяло чем-то хорошо знакомым, на душе потеплело.

Леся извлекла из записной книжки телефон и адрес папиного друга. Немного волнуясь, но стараясь не думать о будущем, мрачно набрала номер. В трубке раздался бархатный баритон:

– Алло!

– Здравствуйте, меня зовут Олеся, я – дочь…

– Да, да, конечно, – в голосе послышались обескураженные нотки. – Мне ваш папа звонил… недавно. Вы уже в Москве? Приезжайте, вас встретит моя жена, если меня не будет дома. Адрес у вас есть.

– Спа… – Леся хотела поблагодарить и подробнее разузнать проезд.

Но трубку уже положили.

Лесе стало не по себе. Очень уж быстро и отстраненно. Но, с другой стороны, она слышала от родителей и пары-тройки подруг, которые учились в столичных вузах, что москвичи – народ закрытый, деловой и холодный. Жизнь в больших городах сильно отличается от деревенской сердечности и простоты нравов. И Леся решила не спешить с выводами: «Может, здесь так принято».

Девушка спустилась в метро. К ней снова вернулось праздничное настроение, все вокруг было необычно и очень романтично.

Она доехала до конечной станции, где выяснилось, что еще нужен автобус, и никто не знал, где он останавливается. «Да, у нас, кого ни спроси, все знают, где кто живет. Да еще и родню помнят если не до седьмого, то до второго-третьего колена точно. А уж транспорт…»

Леся открыла мобильный и снова позвонила. На этот раз трубку вообще не брали. Леся пригорюнилась, но снова взяла себя в руки. Она набрала номер тети Зои.

– Шо, доню? – послышался знакомый голос, – не журысь.

Зараз вертайся на вокзал, на Кыйивский, и иди к рынку. Там моя знакомая стоит. Така вэлыка баба. Вона там така одна. Таких, як ты, пристраивает. Кажи, шо от тети Зои.

Одышливая тетя средних лет в легкомысленном светлом сарафане, из-под которого выглядывали лямки черного лифчика (примерно восьмого размера), стояла прямо у входа. На правой лямке на булавке висела табличка: «Комнаты». Она сама окликнула Лесю.