Взлетают против ветра. Повесть

А если и бывал, то находился в ней на птичьих правах, ибо, сдав комнату квартиранту, Алла Федотовна по-прежнему полностью распоряжалась этой комнатой по своему усмотрению, как если бы Александра в ней вовсе не было.

Он чувствовал себя человеком, которого ущемили в свободе, но терпел всё ради учёбы. Это было главным в его теперешней жизни. Учёба была на первом месте.

– Саша, ты слишком много расходуешь электроэнергию. – Почти каждый день одно и то же говорила ему Алла Федотовна, едва он, после занятий в институте, приходил в эту квартиру и включал единственную лампочку в своей комнате.

 – Помимо оплаты за комнату, тебе нужно платить и за свет. Ты не думай, что я жадная. Я не жадная. Я экономная.

– Но, Алла Федотовна, я же только лампочку включаю, а она мало потребляет электроэнергии.

– Мало, но потребляет. А потом, ты же пользуешься утюгом. А он тоже накручивает счётчик электроэнергии. В общем, доплачивай ещё по десять рублей ежемесячно и за электроэнергию. Договорились?

– Договорились, – отвечал, вздохнув Александр, а сам думал: «А куда деваться? Заплачу, если тебе так надо».

И платил. Деваться пока было некуда.

Приходя из института, он сразу же ложился спать, чтобы лишний раз не встречаться и не общаться с хозяйкой. Но уединения у него получались редко. Чаще, Алла Федотовна бесцеремонно входила в его комнату и делала в ней всё, что считала нужным, в любое время суток, не обращая на квартиранта никакого внимания, словно его в комнате вовсе не было.

Александру быстро это всё надоело.

И он изменил свой образ жизни. Утром он вставал раньше хозяйки и, стараясь не шуметь, уходил из квартиры. Поздними вечерами, возвратившись из института, подолгу ходил под окнами квартиры, дожидаясь, когда в ней погаснет свет и Алла Федотовна ляжет спать. Только после этого он тихо открывал своим ключом дверь квартиры и на цыпочках проходил в свою комнату.

Субботние и воскресные дни он проводил у родных в Рождествено. Эти дни были для него отдушиной. В доме у дяди Вани Александр чувствовал себя, как дома.

И ему в этом доме всегда были рады.

Возвращаясь поздними вечерами из института, Александр часто встречался в квартире с незнакомыми мужчинами, которых на ночь приводила к себе хозяйка. Видя такой образ жизни члена коммунистической партии и, слушая от хозяйки знакомые лозунги из морального кодекса строителя коммунизма, он думал: «Если все коммунисты такие, то никогда никакого коммунизма не будет. Все люди сейчас живут только для себя.