Китайские фонарики. Повести и рассказы

Пока Алевтина снимала верхнюю одежду, мыла руки, переодевалась, готовила себе несложный ужин, она никак не могла отделаться от мысли, почему же у нее до сих пор нет приличной шубы. По возрасту, да и по статусу (Алевтина третий год была начальником небольшого отдела из четырех человек), ей давно уже следовало щеголять в красивой шубе, а не в своем, пусть даже хорошем, но все-таки старом пальто. Как же раньше она об этом не задумывалась? «Ладно, – успокоила себя Алевтина, – куплю в следующем сезоне».

Но к следующему сезону не получилось.

Всю весну, лето и начало осени Алевтина усердно копила деньги, с каждой зарплаты пряча в потайное место определенную сумму, которую она сама себе установила, исходя из своего дохода и цен на шубы. Ведь, Алевтина Михайловна хотела купить себе не какую-нибудь там обдиргушку, как она называла короткие шубки, едва прикрывающие широкую женскую часть туловища, а солидную, длинную, почти в пол, шубу. А такие шубы стоили не дешево.

К сожалению, опять произошло то, что обычно случалось у Али с накоплениями.

Как будто кто-то сверху кому-то внизу говорил, что у Алевтины Михайловны как раз сейчас имеется та сумма, которая требуется. Так было на протяжении всей жизни Алевтины. А началось давно, еще в молодости, с ее тетки, маминой сестры. Тетя тогда приехала в Москву, буквально на один день, за вещами и продуктами, за дефицитом, который попадется и в хозяйстве пригодится. Москва же, столица! Нужно было отовариться, да как можно больше, и скорее возвращаться к себе домой, где ждали козы, корова и …пьющий муж. Тетка приехала рано утром, ночью у нее был обратный поезд. Аля в те годы жила в общежитии, днем училась, вечером подрабатывала в лаборатории, готовилась к поступлению в аспирантуру, свободного времени у нее совершенно не было. Но позвонила мама и уговорила Алевтину встретить ее младшую сестру, тетю Капу, Капитолину Степановну, и помочь ей со всеми покупками. «Ведь, с Капой всегда что-нибудь случается, ты уж ей помоги» – с особенным нажимом попросила мама. К сожалению, мамины слова оказались пророческими. Не успели Алевтина с теткой выйти с вокзала, как Капа, охая и ахая, крутя головой в разные стороны, она впервые очутилась в Москве, споткнулась. Да так неудачно, что Алевтине сразу захотелось завыть вслед за теткой. Капа ударилась лицом о тротуарный бортик и сломала два передних зуба. Кровь, крики, теткины стоны, губа ее распухала, как на дрожжах.