Самое гордое одиночество

Через день родительница моя, подхватив переноску с Рыжиком и с гордостью положив в сумочку мобильный телефон, отчалила в деревню Буреломы, строго-настрого наказав напоследок не связываться с кобелями (она так и выразилась – не связывайся, мол, ни с какими кобелями!), пообещав звонить мне каждый день и регулярно писать письма с подробным изложением тихой, счастливой и свободной жизни своей.

Несомненно, этот Новый год я встретила во стократ лучше прошлого, как и предрекала Пулька. Она, бесспорно, права, когда говорит, что с мужиками, в особенности на праздники, лучше не повязываться – кончится тем, что будешь сидеть в одиночестве и реветь белугой от обиды и несправедливости.

Никогда не забуду встречу прошлого Нового года. Как перед боем курантов раскрываются двери лифта и я вижу Кронского с жирной, вульгарной, крашеной блондинкой с черными, отросшими волосами у корней в недвусмысленной позе... И как потом я пешком плелась под хлопки петард до своего дома.

К тому же всех нас – свободных, разведенных женщин, решивших справить этот Новый год вместе, объединяло совершенно одинаковое, если можно так выразиться, настроение или состояние духа.

Все мы вплоть до «йоркширской терьерши» Афродиты, которая, по словам Адочки, никогда с кобелями не связывалась и до сих пор хранит девственность, испытываем чувство гордого одиночества – именно гордого – подобного тому, какое бедный, униженный и оскорбленный человек ощущает. По мнению великого нашего пророка Федора Михайловича Достоевского, человек, обиженный обществом и судьбой, горд своей бедностью и наслаждается этим своим социальным положением. Так, собственно, и мы упиваемся наступившим в нашей жизни одиночеством и гордимся им.

Дзз!... Д-зззззз-дз-дз! Я вздрогнула от неожиданности – проклятый телефон!

– Да! Але! – крикнула я в трубку.

– Манечка, здравствуй, детка! Мы с тобой сегодня еще не разговаривали? – сахарным голосом проговорила бабушка.

– Нет, с тобой я еще сегодня не разговаривала, зато уже вдоволь успела наговориться с твоим наглым секретарем и его супругой, которые суют свои длинные носы в чужие дела! – Я попыталась выразить недовольство по случаю нахального внедрения в мою частную жизнь четы Рожковых.

– Сан Амурович был у тебя?

– И Сан Глориевич тоже, – съязвила я.

– Какой еще Глориевич? – Голос Мисс Бесконечности мгновенно переменился: из елейного – в обыкновенный, повседневный – властный и командный (43 года работы с умственно отсталыми детьми до сих пор давали о себе знать).