Дом на Дворцовой

Того зарубили «продотрядовцы» ещё в девятнадцатом.

– Да ты – то здесь причём, Гриша!? Не зря твоя фамилия Козлов, потому что именно так себя и ведёшь! – затем почти беззвучно про себя: «Вот уж действительно фамилия так фамилия! Надо же было такую выбрать. Как будто нельзя было придумать, например, Соболев или Жеребцов. Нет! – Жеребцов нельзя! – Ещё не хватало, чтобы за потомка бабушкиного мужа приняли. А вот Коровин было бы неплохо. Надо же – Козлов! Так и несёт вонючим пролетариатом… – Нина состроила гримасу отвращения.

 – Хотя Козлов явно лучше, чем, например, Козлевич или Пердобляхин. Ладно, надо к сестре идти за ключами и скорее – скорее лечь. А то спина прямо отваливается». Закончив безмолвный монолог она громко произнесла: – Чего по сторонам-то зыркаешь? Пошли. А ты, Галька, стой здесь и никуда от этого драндулета не отходи. Маришка, не балуйся!

Вот так двенадцатого сентября 1932 года состоялось возвращение в своё фамильное гнездо потомков рода Чубариных – Жеребцовых.

Потомки состояли из Нинки Козловой с дочерями и её мужа Гришки Козлова – весельчака, придумщика и неутомимого «ходока». Покинув Петербург, как это сделали её старшие сёстры ещё в восемнадцатом, вчерашняя гимназистка Нина осела недалеко от Смоленска в селе Никитино. Там она вышла замуж за местного купчишку Ивана Кулакова и вскоре родила первую дочь.

2

А перед этим случилось вот что. Тучи собрались вместе и покрыли небо над Петроградом чёрными и серыми пятнами.

Как будто тёмное вино пролилось на плохо стиранную скатерть на пиру разнообразной нечисти, слетевшейся к застолью по зову стонущего от страданий времени. Тучи спрятали от людей солнце и луну. Стало не видно, как чёрная масса увеличивает себя в объёме и количестве, устремившемуся к критическому. Раздался залп легендарного крейсера. Хлопнула створка окна и стекло разбилось, осыпав мелкими осколками подоконник. Тотчас свежий ветер революции ворвался в комнаты квартиры, принадлежащей семье Андрея Владимировича – отца Нины и её двух старших сестёр. Чтобы не простудиться от ветра, а больше от неверия в то, что ветер принёс свежую правду жизни, он в спешке собрался в соседнюю Данию. Консульская служба Датского Королевства как раз занимала первый этаж дома и проблем не случилось. Там он задержался в надежде переждать смутные времена вдали от революционных пламенных перемен и ужасов первой мировой войны.