Тонкая рябина. Новеллы

У меня же на поле солдатики работают… из части прислали нашему колхозу помогать…

– Вер, если торопишься, говори по существу, не мямли!

– Говорю: сегодня вечером я приду к тебе в гости с двумя сержантами! Вот! —

выпалила Вера.

– Так… замечательно… Это ты хорошо придумала. А ты знаешь, что завтра скажут соседи? А как посмотрит на это свекровь?

– Ты, Кать, свой учительский тон прибереги для школы. А будешь думать, кто что скажет, так и останешься одна! Нам замуж надо выходить, а ты все думаешь, как посмотрят, что скажут.

И че? – она энергично всплеснула руками. – Ну, придут ребята, посидим, винишко выпьем, потанцуем… Ой, какое преступление! Да они приличные парни! – как-то сердечно выкрикнула уже на пороге агроном и взялась за ручку двери, собираясь уходить. – Я бы к себе пригласила, но я комнату снимаю, а ты – сама себе хозяйка…

– Ладно-ладно, Вера, погоди, – чувствуя, что подруга обиделась, Катя взяла ее за руку, – тебе из них кто-то нравится? Ну, честно?

Двадцатитрехлетняя Вера по-девичьи покраснела и согласно махнула рыжими кудрями.

Катя засмеялась, чмокнула ее в щеку:

– Беги к кавалерам, зови в гости! Была, не была! А я что-нибудь вкусненькое приготовлю!

Вера молча выбежала из дверей и, уже пробегая мимо окошек, стукнула в одно и послала воздушный поцелуй подруге. Катя махнула, улыбаясь, в ответ. Потом села на кровать, пытаясь придумать, что сказать свекрови про гостей. В том, что она узнает от других, Катя не сомневалась.

Лучше самой заранее сообщить. Она вздохнула, представив, как свекрови это не понравится. Марья Ивановна обязательно скажет, что Верка сбивает ее с толку.

– Чого ти привечаешь цю «агрономиху»? – уже не раз говорила свекровь.

Катя села на кровать, с простыни соскользнули «Три мушкетера».

– Ну, так и будешь вдовствующей королевой? – то ли вопросом, то ли вызовом негромко крикнула молодая женщина самой себе.

Ближе к вечеру Катя пошла к Беловым-старшим, чтобы договориться оставить внучку у них с ночевкой.

«Как я не люблю врать, – думала всю дорогу, – не люблю и не умею. Свекровь сразу раскусит. Ну почему я перед ней отчитываюсь, как школьница? Она мне даже не мать!»

Но в голове тут же пронеслись и другие мысли:

«А кроме нее у меня никого ближе нет. Светка еще маленькая».

Открыв калитку, Катя облегченно вздохнула: дочка заливалась хохотом, прыгая у деда на коленях.