Роковой вояж. Футурологическая байка

Наша клиника исследует именно этот феномен. Может быть, я, конечно, утрирую… Ну, да ладно, – доктор, наконец, сменил тему и положил руку на рукопись. – Вернёмся к вашему отцу. Мне очень любопытно, что он там дальше насочинял. С началом я ознакомился. Пока мне нравится. Задумка весьма интересная. Кстати, как эта повесть называется? Уборщица обнаружила в туалете пепел от сгоревшей бумаги. Лишь клочок сохранился от титульной страницы с фамилией вашего отца.

– Повесть называется «Роковой вояж».

– Очень характерное название! – доктор приписал сверху название.

 – И «роковой», как нельзя кстати. Работает в пользу вашего отца.

– Что вы хотите сказать?

– В нём присутствует некая отстранённость. Даже некоторая самокритичность. А это не совсем то, о чём я подумал вначале.

– То есть, вы хотите сказать, папа не болен?

– Пока ничего определённого. Потерпите. – Доктор провёл рукой по рукописи. – Обязательно прочту, Мария Фёдоровна.

– Можно просто Мария.

– Просто Мария. Чудненько. Так в своё время назывался один мексиканский сериал, если мне не изменяет память, – усмехнулся доктор мечтательно, поправив очки.

В это время за дверью послышались чьи-то торопливые шаги и возбуждённые голоса. Мария насторожилась, оглянулась на дверь.

– Что-нибудь не так? – доктор привстал.

– Это правда, вы? – спросила Мария с тревогой.

– А… Я сказал что-нибудь похожее на то, что он вам говорил?

– Слово в слово.

– Поразительно! Он, как говорится, вжился в роль. Изучил мой лексикон, мои интонации….

Может предугадывать все мои реакции. Из него мог бы получиться превосходный актёр.

– А он?..

– Не поверите. Всю жизнь проработал слесарем-водопроводчиком. И хороший был водопроводчик, как мне говорили. Академик, так сказать, в своём деле. Но его тщеславию этого было мало. Не хватало публичности. И если бы он начал жить сначала…

– А если я опять вдруг… Как же вас различать?

– Увы, чтобы нас различить, надо и мне, и ему одновременно предстать перед вами раздетыми донага, извините за откровенность, – доктор смущённо улыбнулся.

 – У нас есть различия в строении тела. Но не будем экспериментировать. Это не обязательно. Да и не имеет значения. Всё дело в психологической убедительности, уважаемая Мария Фёдоровна. А вы литератор, так сказать, художник слова, должны быть наблюдательны… У меня есть разного рода привычки и пристрастия, которых нет у него и о которых не знают те, кто со мной мало знаком. Я не имею в виду вредных привычек.