Лишний

«Зачем они собирают людей? Неужели решились на бунт?» – соображал Алексей. Он помнил забастовки: разбитые витрины, разграбленные магазины, горящие дома, крики. Помнил, как ему (тогда уже взрослому парню) было очень страшно. Люди нападали, грабили, убивали. Были и те, кто не гнушался собратом. Военные выкашивали целые кварталы каннибалов. В одной только столице существовало несколько десятков общин. И все ради еды. Чувство голода ничто по сравнению с болью, испытываемой в отсутствии пищи. Недавно он ощутил это на себе.

Прежние страхи пробудились, и Алексей поежился. Собеседник внимательно вглядывался в его лицо.

– Ты сказал опыты? – встретился он с его пытливым взглядом; Драган кивнул.

– Они испытывали на детях сыворотку. И это было задолго до голодной вспышки, – пригладил он непослушный чубчик, вновь выскочивший обратно.

– Они знали?

– Сам-то как думаешь? – достал он сигарету из кармана и прикурил, смачно затягиваясь. – Ясно одно – «вспышка» им на руку. Ты не задумывался? Почему кого-то поражает недуг, а кто-то остается прежним? Они управляют людьми, словно марионетками, – выпустил он густое облачко дыма.

 – Вначале я думал люди очнутся. Ждал. Я так долго ждал, Алёша! – разгорячился он, качая головой. – Многие и сейчас спят. Глубоким сном.

– Что сыворотка делала с детьми? («Марго! Марго! Почему меня это заботит? Она ведь сумасшедшая!»).

– Они медленно умирали. Органы отказывали, – его глаза заблестели. – Данила в последнее время ведет себя странно, – неожиданно перевел он тему.

 – Я могу на тебя положиться? ( «Ты меня совсем не знаешь», – подумал Алексей, а сам ответил: – «Пожалуй»».) Присмотри за ним, пока я на вылазке. («Кто бы за мной присмотрел».)

Драган поднялся, уперся ладонями в стол, и напряг скулы, не сводя с Алексея пронзительного взгляда.

– С завтрашнего дня ты заступаешь на вышку. Ребята научат тебя управлять аппаратом. Не переживай, у тебя получится…

Лидер ушел в свою комнату, а Алексей еще сидел за столом какое-то время, размышляя, что за игру они затеяли.

Вначале Марго устроила ему проверку. Теперь лидер просил его присмотреть за своим другом. Алексей полагал, что Данила не способен на предательство: для злодея у него был слишком лучезарный вид. Да и кто доверится новенькому? Нос-картофелина – Василий, говорил о доверии. Алексей решил, что возможно ему нужно его заслужить. Он вспомнил о приюте и стал жалеть Марго. Его мама тоже умерла, но ему было девятнадцать, – девушке повезло меньше.