Моя струна

Она не знала, как его зовут, Ксюша же была, естественно, в курсе – «Серж».

Так все и начиналось. Три года жизни под знаменем «Серж», у истока которых – пустышка, сосновая шишка, игра «верю – не верю», колода затертых до дыр карт, куча песен под гитару и 20 безумных дней. Все это живет и по сей день в коробочке на антресолях, архиве дней минувших, все еще щемяще живых.

Живых только для нее, как она донедавна думала.

Живых, как оказалось потом, и для него.

«Ни капли взаимности»

На входе в подъезд на стене висели почтовые ящики.

Два блока по 10 откидывающихся дверок – поворачиваешь ключ, она отваливается вниз. Это сейчас, сменив десяток городов и квартир, ей известно, что ящики для почты бывают разные. В те времена почтовый ящик мог быть только таким и никаким другим. Ключик-дудочка с торчащим усиком, брелок – серебристая рыбка, как живая, с кованым хвостом, который изгибался вправо-влево.

Приносить почту домой почему-то было ее обязанностью. Почему? В ящик приходил «Советский спорт», «Известия», местная областная газетка и журнал «Ровесник» – раз в месяц.

Собственно, ей нужен был только «Ровесник», все остальное – так, курьером поработать по дороге со школы, поднять сероватую стопку бумаг на восьмой этаж.

Обычный зимний день. 10 декабря. Уже лежит снег, но мороза почти что и нет. Уроки закончились, время идти домой, 3 часа дня, кушать хочется. Все никак не наболтаться с подружками на перекрестке, а после лихо вбежать в подъезд – 4 ступеньки, привычно скачем через одну.

Абсолютно механические, заученные движения – ключ в скважину, повернуть, крышка упала, мысли где-то возле холодильника.

Конверт. Почерк – очень знакомый, но сразу как-то с перепугу и не вспомнилось, чей. Обратный адрес, имя. Газеты почти бесшумно планируют на бетонный пол. Мыслей нет. Совсем. Только тупая тишина в ушах. Чувства – как чистый лист. Первая мысль (и единственная, пока подбирала газеты с пола и ехала в лифте наверх): «Откуда у него мой адрес?.

. Я же ему его никогда не давала…» Мысль бегает по кругу, как белка в колесе, как змея, кусающая себя за хвост.

В конверте открытка. Голубенькая. В трогательном овале – березка в снегу, в обрамлении узоров мороза на стекле. Текст – простенький, без наворотов – мол, с Новым годом, всего, пиши… После восьмого прочтения голова начала робкие попытки разобраться в происходящем. Почти безуспешные. С Новым годом – 10 декабря? Наверное, дата не случайна.