Игры без правил. Женская ироническая проза

Его неудачные помолвки и женитьбы были лишь комариными укусами, в сравнении с нокаутами от ее лирических отступлений. Она заплакала и отвернулась.

– Прости меня, пожалуйста. Я не знала, что делаю…

– Я не об этом… Я хотел сказать – будь моей… женой.

– Вася, ты что с ума сошел? Зачем же так… сразу? И потом – я не люблю твоих друзей.

– Слава богу, что ты не успела никого из них полюбить. Их не надо любить, Аня. И не надо им ничего пояснять про Ницше и Вейнингера, про их понятия в отношении баб. Они воспримут это буквально – как руководство к действию.

– А как же разница в нашем материальном положении? Я – бедна, как церковная крыса. Мы должны составить брачный контракт. Ведь в случае развода все имущество бывшие супруги делят пополам.

– Ты хочешь поделить мое имущество?

– Знаешь что, мой дорогой, нам еще очень многое придется делить, если мы будем вместе. А если решим расстаться, нам придется делить детей и собак. У нас обязательно будут дети и собаки.

– Ты говорила что-то о собаках.

Что-то об ушах спаниеля, в качестве метафоры. На что ты претендуешь, Анна? Скажи честно.

– Мы поменяем мою однокомнатную квартиру на трехкомнатную в центре. В районе центрального парка. Там рядом есть английская школа. Детям нужен английский, а собакам – парк. При разводе ты оставишь мне детей и собак, эту квартиру, и твой старенький «морковник», на котором я сейчас езжу.

Она говорила об этом так складно, как будто, только об этом и думала. На самом деле все эти мысли пришли ей в голову только сейчас.

Никаких матримониальных планов у нее никогда не было, ей нравилось так, как есть: розы-слезы, встречи-расставания. Для брака она считала себя слишком молодой, а его – слишком неподходящим человеком. Она так боялась потерять свою индивидуальность, раствориться в этом человеке, подчиниться его воле. И просто ждала, пока наваждение пройдет. «Когда годами пытаешься понять другое существо, невольно становишься на него похожим». Видимо он был удивлен еще больше, чем она сама.

– Все это ты предлагаешь внести в брачный контракт?

– Ты сделаешь это, Василий.

А в контракте мы напишем, что все останется тебе.

– Мне тебя жаль. Сейчас ты могла бы попросить все, что хочешь. Но ты всегда была дурой, Аня. Вот возьми – это дарственная на дом, вот ключи от «Шевроле», я записал на тебя. Вот учредительные документы на издательство. Помнишь того козла, который обманул тебя, когда вышла твоя книга? Теперь ты – хозяйка этого издательства, а он – твой клерк.