Витязи в ребристых шлемах. А поле боя держится на танках

Но, решением командира полка, для оказания практической помощи молодому начальнику штаба, руководителем учения был назначен заместитель командира полка майор Куцый.

Темой проводимых учений была оборона. С точки зрения динамики, тема неудачная. Но именно её, как правило, планируют на боевую стрельбу ночью, – мол, танки стоят в окопах, друг друга не постреляют. Каждый начальник старается прикрыть себя сзади. Как бы, чего не случилось! Кабы, чего не вышло!

Так оно и произошло, – машины стоят в давно оборудованных окопах, вяло постреливают по появляющемуся походному охранению противника, наступающего с ходу.

Комбат и зам командира полка, из бронетранспортёра, отдают команды оператору тактического поля по телефону, тот с вышки поднимает нужные цели. По радиостанции доводят тактическую обстановку и вводные до обучаемого командира роты, тот, в свою очередь, до командиров взводов, те до командиров танков. Раздаются два, три выстрела из вкладного ствола, или очередь из пулемета. Пораженная цель падает. И, так не спеша, до полной победы.

Ткачев заметил, что, где-то в тылу участка, проехала одиночная машина и скрылась, свет фар исчез. Наконец, дошла очередь до мишеней изображающих основные силы противника, интенсивность огня возросла, динамика, вроде, наладилась. Рядом с БТР остановился, откуда-то взявшийся Уазик. По броне застучали, и чей-то твердый голос скомандовал:

– Кто старший? Ко мне!

Дальше все происходило, как в том анекдоте, про интернациональный экипаж. Подбили фашисты танк с интернациональным экипажем, один командир русский – Иван.

Ходят враги по башне стучат прикладами и коваными сапогами по люкам:

– Рус Иван, сдавайся, выходи!

Экипаж притих, как мыши. Сидят, молчат, все смотрят на командира. А немец, опять:

– Рус Иван, сдавайся, выходи!

Тогда представитель одной южной национальности говорит:

– Командир, однако, тебя зовут – выходи!

Так и тут, сидят два начальника смотрят друг на друга. Наконец, вышли. Приехавший представился:

– Командир дивизии генерал-майор Симонов.

Руководители занятий, что-то невнятно пробормотали в ответ.

– Понятно! Отвечать некому. С кем проводят этот цирк, что за подразделение?

Ну, и понеслось! Они узнали много нового о себе, точнее, многое из сказанного, они, или знали, или догадывались, но стеснялись говорить об этом вслух. А тут, им сказали об этом прямо в лицо. Занятия, которые, они пытались провести, тоже обрели реальное название и форму.