Романы прославленных сочинителей

То был божественный язык слепого барда. Чем могу вам служить, сударыня? – И спрыгнуть с высокого табурета, расправить фартук и стать перед нею послушным приказчиком, уж более не поэтом, было для него делом одного мгновенья.

– Я могла бы свиснуть эту коробку винных ягод, – любезно проговорила девица. – А вы бы и не подумали обернуться.

– Они прибыли из страны Гектора, – промолвил юноша. – Угодно изюма? Он некогда зрел на островах среди Эгейской синевы. Очень мелкий сорт, и цена умеренная: четыре с половиной пенса за фунт.

Быть может, вы пожелаете отведать наши сорта чая? Мы не тыкаем всем в нос свою рекламу, как некоторые, но продаем не дороже прочих.

– Ведь вот какой молоденький, и сколько у вас всяких чудесных вещей! воскликнула девица, кто знает, не нарочно ли продлевая разговор. – Служи я на вашем месте и стой за прилавком, я бы целый божий день ела винные ягоды.

– Было время, – ответил юноша, – и не столь давно, когда и я так думал. Думал, я в жизни не наемся винными ягодами досыта. Но мой старый дядюшка позволил мне есть их сколько влезет, и, видит бог, я ими пресытился.

– Ясное дело, вы, мужчины, всегда так, – сказала прелестница.

– О нет, не говори так, прекрасная незнакомка! – воскликнул юноша, и лицо его зарделось, а орлиные очи запылали огнем. – Винные ягоды приедаются, но Красота – никогда! Винные ягоды портятся, но Разум – вечен. Мне на роду написано, сударыня, единоборство с Возвышенным, с Идеальным. Душа моя жаждет Фантастических Видений. Я стою за прилавком, это правда, но я денно и нощно размышляю о подвигах героев, раздумываю над мыслями мудрецов.

Что бакалея для того, кто исполнен высшими стремлениями? Много ли сладости в мускате для того, кто вкусил от Поэзии? Идеалы, сударыня, мне кажется, это и есть Действительность, а грубая Существенность – не более как иллюзия и галлюцинация. Но прошу простить меня, чем я могу вам служить?

– Да я зашла взять чайной крошки на шесть пенсов, – отвечала девушка нетвердым голосом, – но – ах! – я готова бы слушать вас вот так всю жизнь!

Только чайной крошки на шесть пенсов? Дева, ты унесешь с собою еще нечто.

Тебе понравился его голос? Сирена! А в твоем голосе что за волшебство? Он ловко свернул пакетик и положил его на девическую ладонь. Девушка заплатила за покупку и, подарив его прощальным взглядом своих сверкающих очей, пошла прочь. Она медленно переступила через порог и в следующий миг уже затерялась в толпе. Был полдень на стогнах Чипсайд.

Джордж де Барнуэл остался один.