Спасти дракона

Последний раз она ела вчера перед балом.

– Стой, стрекоза! – возмутилась бабушка, намереваясь пирог отобрать. Да куда уж там! Эвка сжевала его с такой скоростью, что сама не заметила. Только бабуля все же настояла на своем:

– Марш руки мыть! Затем сядь нормально за стол, поешь. Заодно все мне и расскажешь, что за работа, и почему женихов до сих пор нет.

Эва беспрекословно подчинилась. В их маленькой семье было не принято спорить со старшими. И лишь вопрос с женихами стал камнем преткновения.

– Бабуль, вот объясни мне, бестолковой, зачем ты так упорно хочешь меня замуж выдать? – уточнила внучка, старательно жуя пирог с капустой.

Бабушка пела их так, что в других местах такой вкуснотищи не было.

– А что плохого в замужестве? – удивилась старшая тира Руи. – Найдешь мужа, может, даже состоятельного. Он примет груз наших проблем на свои плечи. Я смогу понянчить правнуков, а там и помирать со спокойной душой можно!

– А если я не хочу замуж? Да не то что не хочу, просто мне под стать трудно найти мужчину.

Сложно любить того, кто тебе в пупок дышит! – возразила Эвка, прихлебывая ароматный ягодный чай.

– Вот-вот! Так и твоя матушка рассуждала. И где она сейчас? – покачала головой пожилая женщина.

– Где? – Эвка воинственно задрала подбородок. Сколько она не пытала бабулю, но так и не получила ответа на свой вопрос.

– А Элмак ее знает! – махнула рукой старуха. – Да и жива ли еще? Я в этом сильно сомневаюсь. Была бы на этом свете, не бросила бы дочку на руки старой бабки.

Девушка вопросительно вскинула брови.

Так далеко в разговорах они с бабулей еще не заходили.

– А ты знала моего отца? – осторожно уточнила она.

Тира грустно улыбнулась:

– Даже не знаю, что и ответить. С одной стороны, знала. Он же был на моей дочери женат. Высокий (матушка твоя также не признавала низкорослых кавалеров), с огненными кудрями. Волосы у тебя в него. Звали Аргеном. Богатым он не был, но был рукастым. Мог все по дому делать, в кузнице работал. Да и магией какой-то обладал.

Только я проявления этой магии видела лишь однажды, когда  на Риту обрушился ураган. В наш дом ударила молния и начался пожар. Он сильно ругался, вышел на улицу. Пару раз махнул руками и огонь затих, словно послушался его. А потом помрачнел и сказал, что ему пора идти домой. Но дорога туда тяжелая. А ты маленькая еще. Не переживешь. Вот тогда я тебя и оставила у себя, отпустив их вместе. А куда они ушли? Да кто же их знает. Вот уже двадцать лет ни слуху, ни духу.