Ne наша планета

– Да, по правде сказать, думаю, что никогда, Елена Дмитриевна, простите за пессимизм. Если бы интернет хотя бы был… Или радио работало. А так… Некому нас спасать.

– Вы, надеюсь, шутите, Станислав?

– Да нет, Елена Дмитриевна, не шучу. – Стас мельком глянул на Юльку. Та пыталась понять, зачем бывшая бизнесвумен изо всех сил изображает недалекую особу. Развлекается, или просто так привыкла? – И Инесса Львовна, похоже, поняла это гораздо раньше нас с вами.

По роли, которую придумала себе Елена Дмитриевна, в ответ на эти слова вполне могла случиться истерика с валокордином.

Но пожилая дама лишь улыбнулась по-змеиному:

– Ну, нет, Станиславушка, насчет Инессы вы не правы. Не это она поняла, совсем не это…

– Простите?..

– Бог простит. – Елена Дмитриевна тяжело поднялась и направилась в сторону Ильи: – Илюшенька, свет мой ясный, голова что-то побаливает, сделай-ка ты мне массаж что ли…

«Племянник» скорчил Юльке непередаваемую гримасу и без энтузиазма двинулся следом.

Стас посидел еще с минуту, залпом допил чай, резко поднялся и вернулся к компьютеру. Юлька увязалась за ним, постояла рядом.

– Юла, о чем она? – тихо поинтересовался Стас.

– Хочешь, чтобы я произнесла это вслух? Хорошо. Зачем вы им сдались, два наивных провинциальных архитектора? Конечно, они легко могли бы без вас обойтись, но Инесса влюбилась, и видимо, сильно. Уточнить в кого, или не стоит?.. Открыто признаваться в этом ей воспитание и возраст не позволяют, вот она и решила посвятить вас в ТАЙНУ.

На всякий случай… Или чтобы ты что-то понял. И ты все прекрасно понял, иначе зачем было называть меня своей женой… – грустно закончила Юлька.

– Юла… – он потерся об нее носом. Она погладила его по голове и вздохнула украдкой.

Из угла послышалось щенячье шебаршение, и Сашка села торчком на раскладушке. Широко зевнула, выпуталась из одеял, посмотрела по сторонам и нацелилась реветь. Издала пару неуверенных всхлипов, потерла глаза, заметила маму, подумала и театральным басовитым шепотом сообщила:

– Мама, писать.

И ам-ам сейчас. Я хочу ам-ам, зая ам-ам… – Юльке был предъявлен проголодавшийся заяц.

Юлька подхватила мелкое, пушистое, теплое со сна, покружила и потащила в ванную и к столу кормить. После завтрака сдала малышку Стасу (та уже оживленно осматривалась и трещала без умолку) и пошла мыть посуду. Делать это кроме нее явно никто не собирался.