Сквозь время. Книга вторая

Но стоит быть честной перед самой собой: в тот момент мне очень хотелось показать ему себя настоящую, такую, какой я могу быть без его вмешательств в мою голову. Кем я была для него раньше? Глупой девочкой безропотно выполняющей все его желания. Он все в нашей совместной жизни сделал сам, практически без моего участия: сам ухаживал, сам женился, сам родил сына и сам жил в счастливой семейной жизнью. Я при этом, конечно, присутствовала, но только физически. Как механическая кукла: завел – поигрался, надоела – поставил обратно.

Очень удобный вариант. И прямо сейчас мне вдруг очень захотелось показать ему, что я другая.

– «О, Эвен, умоляю: прости меня, и надеюсь, ты об этом никогда не узнаешь!» – виновато подумала я, еще до конца сама не понимая, что собираюсь сделать.

– Вновь пытаешься соблазнить меня? – мой голос буквально пропитался самой искренней нежностью и лаской, только в действительности это было виртуозное исполнение роли соблазнительницы.

– Ну, если только совсем чуть-чуть, – Макс самодовольно ухмыльнулся.

– Нравится играть со мной? А ты не боишься, что однажды может все измениться, и ты окажешься на моем месте? – я улыбнулась ему своей самой очаровательной улыбкой.

– Нет. Думаю, такого не произойдет, – он небрежно передернул плечами и вновь усмехнулся.

Хорошо.

Я внешне никак не отреагировала на его слова, плавно повернулась к зеркалу и начала расчесывать волосы. Макс, молча, наблюдал за мной.

Я легко расправила длинные влажные локоны, стараясь вложить в каждое свое движение как можно больше изящности. Я – хранитель, и щедрая природа, помимо всех остальных преимуществ, наградила меня весьма опасным оружием, которое одновременно является отличным средством защиты, и перед ним ни один мужчина не устоит, будь он даже суарутом. Так почему бы им не воспользоваться!

Медленно приглаживая крупные спирали волос, я, чуть придерживая полотенце, повернулась к нему лицом, легонько присела на туалетный столик и скрестила ноги, непринужденно покачивая ими в воздухе.

Макс выглядел обескуражено, его нахальное самодовольство почти испарилось, теперь на лице отразилась заинтересованность. Я не стала дожидаться, пока он опомнится, и продолжила свою оборону очередным наступлением.

Я тут же переместилась к нему на колени, выбрав для этого самое яркое свечение, на которое только была способна.