Диагноз: F20.0. Записки из дурдома

Максимальной частотой обладает Бог, который просто замедлился до степени материализации. – То есть, если разогнать частоту собственной энергии до максимума, то можно постичь Бога? – В этом вопросе, друг мой, теория с практикой расходятся. Существование человека – это уже материализация замысла Бога. И тут ваша проблема заключена в том, что материя является проводником для энергии и информации. А у каждого проводника есть пределы своих возможностей: сопротивление, сечение и длина. Если по проводнику в лице человека пустить ток с частотой как у Бога, то он в момент сгорит.

Законы физики, и ничего личного. А пропускная способность пропускать частоты зависит от чистоты энергетических каналов человека, которые так просто засорить. Голова трещала о понимания: – И что тогда? – А тогда энергия будет выбивать пробки, пытаясь найти выход. Ну и в итоге, короткое замыкание. В этот момент я краем глаза увидел появившуюся шаровую молнию над Завъяловым. Блестящий шар играл своими щупальцами над его сверкающей лысиной. Он точно что-то ощутил, и когда молния вспыхнула и вошла сквозь лысое темя, его мимика изменилась вздрогнула, исказив лицо. Завъялов заорал и как парализованный свалился на землю, громко стукнувшись головой о край скамейки. Все мышцы его были до предела напряжены, глаза смотрели в никуда, лицо становилось синим. Для окружающих это было привычным зрелищем. Сидящие на скамейке пациенты повернули его на бок, чтобы он не захлебнулся своей рвотой. Бедняга не мог дышать, жилы на шее вздулись, глаза стали наливаться кровью, изо рта пошла пена. Существует легенда для обывателей совать в рот при подобных приступах всякие подручные предметы, чтобы человек не откусил себе язык. Шутка в том, что в этом состоянии раскрыть челюсти может только домкрат. Искры шаровой молнии внутри головы Завъялова то и дело вспыхивали. В какой-то момент остатки электрического тока пошли по телу, сотрясая дряхлое тело. Бедолагу прижимали к земле изо всех сил. Я мог отчетливо видеть, как молния прошла сквозь тело и ушла в землю через ноги. Старый эпилептик выдохнул воздух, как бокал шипящего шампанского, и обмяк, штаны его стали мокрыми. Не приходя в сознание, он уснул. Санитары в сверкающих белых одеждах принесли носилки и унесли потерпевшего. На краю скамейки виднелось свежее красное пятно. – Наверно, это хорошо, что человек не помнит, что с ним происходило во время приступа, – сказал рядом сидящий Федор и по-деловому поправил больничную фуфайку. – Это точно.