Лего по Фрейду. Почти порнографический роман

Марина заперла на щеколду дверь, машинально глянув в глазок. Они прошли на кухню, ненамного отличающуюся от прихожей по размеру, где на столе уже стоял приготовленный бокал, на котором красовалась надпись: «Илья». Это вызвало улыбку у «первоисточника», он внимательнее стал разглядывать посуду, взяв бокал в руки.

– Где раздобыла?

– Отгадай с трёх раз? Ну естественно, на углу в «Даниловском» купила, специально для тебя, никому его не даю, чисто твоя индивидуальная посуда. Кстати, и чай хороший для тебя приготовила, зная, какой ты привередливый.

Не тампонный на ниточке, вот, пуэр пятилетний настоящий. Фу, как ты его пьёшь, какашками же козьими пахнет! – по-простому выразилась девушка, нюхая открытый пакет. Её щебетанье можно было назвать милым, если совпасть с её настроением своим. Если оказаться с ней на одной волне. Но что Илью просто потрясло в фее, так это интуитивное, на энергетическом уровне чувствование партнёра. Так ощущать мужчину может только настоящая женщина. Это одновременно должно быть и врождённым даром, и приобретённой способностью. Но у девушки её возраста не может физически накопиться столь большого опыта общения с мужиками ни в плане секса, ни вообще. Откуда у двадцатилетней девчонки такое? Она чётко врубалась в его настроение и замолкала, когда в этом была необходимость, и позволяла себе инициативу, когда вдруг улавливала, что он хочет именно этого. И становилась покорной девочкой, готовой служить своему господину, если схватывала брутальные взбрыкивания его эго. По поведению как в бытовом общении, так и в постели то была мудрая, опытная, взрослая женщина. Уж Илье было с чем сравнить. «И угораздило же её податься в проститутки? Какого хрена?» – удивлялся он. Но не спрашивать же у девушки, это казалось некорректным. У него даже возникали мысли, а не снять ли ей нормальную квартиру, не взять ли на содержание. Так поступали многие его знакомые. Обзаводились любовницами, селили их в съёмные хаты и наведывались по мере надобности. Естественно, жёны тех были уверены в многочасовой занятости супругов и постоянных командировках по делам фирмы. Но сам Илья считал такой вариант семейной жизни неприемлемым, ибо он был нечестным. В любом деле всегда должны быть некие ограничения и допустимая степень. И тем более во вранье. «Врать надо только тогда, когда не врать просто невозможно», – решил он для себя. Посему ходить к девчонкам-профессионалкам перепихнуться разок в неделю, просто замалчивая сам факт измены, это не криминал.