Сочинения. Том 4

Теперь уже ничто не сможет остановить нас. (Платоше.) До скорого свидания, Платоша!

АГРОВ (Вскакивает проворно.) А как же глоток шампанского?

ВИТАЛИЙ Прощайте.

АГРОВ (Загораживает им дорогу.) Позвольте угостить вас шампанским! И слышать не желаю отказа! Ваше право после не задерживаться. Вы не можете нарушить закон, который я однажды установил! Не можете. Точнее, не сможете, я не позволю! Видите ли, я всех своих гостей непременно угощаю шампанским! Гости у меня большая редкость, а потому я не могу поступать иначе.

Выпейте по глоточку, и можете идти. Платон! Живо шампанского!

ВИТАЛИЙ Вообще-то это шампанское принесли мы.

АГРОВ Не важно, каким образом я добыл его. Скажу честно, притом, как живут теперь литераторы, а я, как и упомянутый вами Агров, тоже литератор, откуда и личное знакомство с покойным, то есть с как бы покойным, одним словом, с Агровым, так вот, при том, как живут теперь создатели синих птиц и предводители павлинов, добывать его становится все тяжелее. Однако традиция есть традиция! Между прочим есть такие люди, что при грубом попрании какой-нибудь, даже незначительной, даже вовсе бесполезной в масштабах человечества, традиции, действительно, способны умереть.

Думаю, что я – один из них. Вот почему мне было так необходимо шампанское, жизненно необходимо! Теперь вы поняли?! Платон! Шампанского!

ВИТАЛИЙ Нет, простите, мы как-нибудь в другой раз.

АГРОВ (Страшным голосом.) Не сметь! Не сметь перечить мне!

Шампанское взрывается в руках у Платоши.

Мухи буквально падают на диван.

Платоша мгновенно извлекает из чемодана фужеры, как будто, все, что происходит, было многократно прорепетировано, разливает шампанское в бокалы.

Агров, загадочно улыбаясь, выходит в соседнюю комнату.

ВИТАЛИЙ Куда он?

АГРОВ Переодеваться. (Пауза.) Уходите. Есть возможность убежать. Хотя, что это я говорю, уже поздно, он не простит мне. (Пауза.) Да что же я о себе? вы можете погибнуть! Господи, что делать, что делать? Бегите, бегите, пока не поздно… Он скоро вернется.

У вас еще есть шанс… Боже мой, Боже мой, бежать. И мне бежать. Куда? В Париж! В Париж!

Свет гаснет.

Отчетливо слышны хлопушки или выстрелы.

Картина четвертая

Те же действующие лица. Яркое освещение.

Мухи на диване.

Посреди комнаты, в видавшем виды тесном смокинге с белым цветком в петлице, в огненной феске стоит Агров. У него в руках выцветшее чучело павлина.

Он кладет его к ногам Инги. Та взвизгивает и поджимает ноги.