Сочинения. Том 3

Быть может, мы сможем тебе помочь?

МУСЯ Однако это совсем страшно.

ДЕДОВ Собери свое мужество. Найди силы. Это трудно, я знаю, но это необходимо, поверь.

МУСЯ (Зажмурив глаза.) Он был здесь.

ДЕДОВ Кто был здесь?

МУСЯ Доктор.

ДЕДОВ Какой доктор?

МУСЯ Наш доктор.

ДЕДОВ Кандинский? Виктор Хрисанфович?

МУСЯ Да.

ФЕЛИСТРАТОВ Да, да, да, да, да.

ДЕДОВ Но ведь мы все были здесь, и никто не видел его. Наверное, тебе пригрезилось или приснилось?

МУСЯ Муся совсем не спал. А вы слушали господина Владыко.

БОЛЬЦ Отчего же вы не кликнули кого-нибудь из нас?

МУСЯ Мне совсем страшно было.

ДЕДОВ Зачем он приходил?

МУСЯ Не знаю. Он сказал, что будет навещать нас еще.

ДЕДОВ Выходит, он жив?

МУСЯ Нет, не жив. Муся набрался смелости коснуться руки господина Кандинского, но так и не нащупал. Рука была и, в то же время, ее не было.

БОЛЬЦ Призрак.

ФЕЛИСТРАТОВ Да, да, да, да, да.

ДЕДОВ Долго он был здесь?

МУСЯ Муся не понял. Может долго, может, нет.

ДЕДОВ О чем он говорил с тобой?

МУСЯ Он спрашивал, как мы тут все без него живем?

АРЕСТОВ Ну ты, конечно, сказал, что отлично. Не беспокойтесь, дорогой доктор.

МУСЯ Муся ничего не говорил. Муся не мог ничего говорить. Муся совсем немой стал.

ДЕДОВ Так, так, что еще?

МУСЯ Сказал, что ему совсем плохо. Он думал раньше, что с нами плохо, а теперь понял, что без нас совсем плохо. Так плохо, что душа совсем сильно болит, и покоя никакого нет, и нас он теперь только вспоминает, а совсем не слышит, и всех ему совсем жалко.

АРЕСТОВ Жалостливый наш доктор.

ДЕДОВ Замолчи. Ты забыл, сколько он сделал для тебя, антихриста?

АРЕСТОВ (Шутовски кланяясь в пояс.) Спасибо, великое спасибо. За пожизненное заключение спасибо…

ДЕДОВ Цыц. Иди, ляг и не мешай. Продолжай, Муся.

МУСЯ И всех ему совсем жалко.

ДЕДОВ А почему жалко, объясни.

МУСЯ Плохо теперь всем будет. Так сказал.

ДЕДОВ Что плохо-то?

МУСЯ Муся не знает. Мне трудно доктора понять.

ДЕДОВ Что рассказал?

МУСЯ Как он увидел меня первый раз. Говорит, что Муся сильно пил. Шибко водку пил. Пил и жил как попало, где придется. Все меня били, а я сирота был круглый и по-русски мало-мало говорил. И доктор видел однажды, случайно, как меня в подворотне били, так били, что Муся совсем без памяти был. Они думали, что Муся – вор, потому били. А Муся никогда вором не был, только шибко несчастный сирота.