Сочинения. Том 3

Итак, как вы слышали, незадолго до смерти Мусе являлся господин Кандинский.

ДЕДОВ Да, я слышал то, о чем говорил Муся. Это могло ему присниться или привидеться.

БОЛЬЦ Однако же, господин Дедов, вы не можете отрицать, что странная рана Муси, которая необыкновенным образом позже исчезла, не могла пригрезиться всем присутствующим.

ДЕДОВ Да, для меня это пока не понятно.

БОЛЬЦ У вас есть предположения?

ДЕДОВ Есть, только мне не хотелось бы делиться с вами.

БОЛЬЦ Хорошо. Пусть так. Я продолжу.

Если предположить, что господин Кандинский был здесь на самом деле и беседовал с Мусей, мы не можем оставить без внимания его слова. Он будет приходить еще и еще.

ДЕДОВ Что с того?

БОЛЬЦ Из этого, по моему разумению, следует, что каждый новый визит господина Кандинского будет уносить одну из наших жизней.

ДЕДОВ Господин Больц, это в вас говорит испуг. По всей видимости вы – натура впечатлительная и смерть Муси сильно подействовала на вас. Этак вы лишитесь сна. Постарайтесь отвлечься, подумать о чем-нибудь другом.

БОЛЬЦ Изволите ли заметить, господин Дедов, я всегда отличался спокойствием и невозмутимостью характера. Даже несносный господин Арестов своими грубыми шутками так и не смог вывести меня из себя, а уж он-то приложил к этому максимум усилий.

ДЕДОВ Пусть так. Но на чем вы основываете свои умозаключения?

БОЛЬЦ Мне представляется все достаточно простым. Доктор Кандинский, как мы знаем, покончил жизнь самоубийством.

ДЕДОВ Ну, так.

БОЛЬЦ Вы знакомы с писанием, господин Дедов?

ДЕДОВ Я русский человек.

БОЛЬЦ Знаете ли вы о том, какая страшная участь ожидает самоубийц?

ДЕДОВ Это знает каждый ребенок.

БОЛЬЦ Все мы – составная часть господина Кандинского. Последнее время, перед смертью, господин Кандинский не существовал сам по себе, как биологический объект. Его не было, были мы. Мы формировали его мысли, мы руководили его действиями. Наше заблуждение в том, что мы были уверены, мы принесем ему облегчение.

Не нужно будет ему напрягать свой светлый ум, как раньше, до нас, можно будет ему, наконец, отдохнуть. Как мы ошибались! Мы, со своими благими намерениями, доставляли ему мучения. Финал закономерен.

ДЕДОВ То, что вы говорите, господин Больц – весьма любопытно.

БОЛЬЦ Я продолжу. Душа покойного господина Кандинского не может в настоящее время найти покоя. Не допускаю мысли, что доктор Кандинский примитивно мстит нам за все случившееся с ним.