Сочинения. Том 3

Верить в то, что на обыкновенном кресле-каталке можно достигнуть кольца совершенства, а можно потерять всех близких, совершив полукруг или четверть круга. Верить в то, что дно – это потолок. а потолок – дно, и вокруг разговор о важном, а важно все, начиная от птичьего полета и заканчивая погребением дворового пса. Верить в то, что ноги в палатах босы, а в избах – в сафьяне, в траве живая вода ночевала, а в черпаке – мертвая. Слышишь ли ты меня, Димитрий?

ФЕЛИСТРАТОВ Да, да, да, да, да.

ВЛАДЫКО Думал ли ты обо всех этих вещах?

ФЕЛИСТРАТОВ Будто бы думал.

Так теперь кажется мне. ВЛАДЫКО Видишь ли ты теперь, что в окне нет ничего?

ФЕЛИСТРАТОВ Я видел и раньше, но не так, как теперь.

ВЛАДЫКО Будь-мо. Забыть бы мирское, при такой-то радости!

ФЕЛИСТРАТОВ Св. Новоинофан, а отчего вы сказали, что у вас, кроме нас с Арестовым и нет никого? А как же господин Дедов? Разве вы не любите его?

ВЛАДЫКО Мне ли не любить его? Я всех люблю.

ФЕЛИСТРАТОВ Но вы никогда не благословляете его.

ВЛАДЫКО Ему этого не нужно, Димитрий.

Ведь второй – он. Второй всегда он. Он – автор. Ему известно все. Конечно, это только кажется. Знаешь, Димитрий, будто мираж, озерко в пустыне. Ему не может быть известно все, но второй – он.

ФЕЛИСТРАТОВ Мне довольно трудно понять.

ВЛАДЫКО Ничего. Все просто и ты поймешь все скоро.

ФЕЛИСТРАТОВ Знаете, Св. Новоинофан, у господина Дедова сердце прихватывает. Он отказывается от осмотра. Вам бы поговорить с ним.

ВЛАДЫКО Он хочет разговора со мною, я знаю, но он уже опоздал.

ФЕЛИСТРАТОВ Как опоздал? Вы пугаете меня, Св. Новоинофан. Что вы хотите этим сказать?

ВЛАДЫКО Да что же здесь добавишь? Опоздал и все.

ФЕЛИСТРАТОВ Вы думаете, господин Дедов обречен?

ВЛАДЫКО Обреченности нет в природе. Все придумано, Димитрий, все придумано. Есть пути, разные пути. Один путь – изумрудный, с ящерицами и листьями летними. Другой путь – небесно-голубой, с кораблекрушениями и горами. Третий путь – уже черный, с канделябрами и скатертью. И еще, и еще… И главный путь, огненный.

Младенец в конце этого пути парное молоко пьет. Слышишь ли ты меня, Димитрий?

ФЕЛИСТРАТОВ Да, да, да, да, да.

Владыко кладет руку на тело Арестова.

ВЛАДЫКО Пойдешь со мной, Фома?

Пауза.

ВЛАДЫКО Пойдешь со мной, Фома?

Пауза.

ВЛАДЫКО Ну что же, значит ему и дальше бечевку свою тянуть. Видно и царь- батюшка жив еще. Ах, Фома! Вот видишь, Димитрий, а ты не любил его. Бедный, бедный Фома.