Идеальный роман. Начало

Шерифа терзали сомнения, ведь он не хотел никого просить ночью бродить по городу, но выбора не оставалось. Время действительно поджимало. Сиди откашлялся, и крикнул:

– Брэдли! Брэдли, поднимись ко мне, пожалуйста.

Буквально через мгновение в дверях кабинета появился пожилой седоволосый мужчина. Он быстрым шагом пересек кабинет, и подошел к шерифу. Его лицо выражало крайнюю обеспокоенность.

– Что-то случилось, сэр? – спросил он.

Брэдли Подни был дворецким Лайсов еще с тех времен, когда Сиди едва научился ходить.

Он помнил его с самого раннего детства. Брэдли был для шерифа, скорее, другом, чем слугой. Только с ним он мог поговорить о том, что творилось в его душе. Шериф искренне любил Брэдли, пусть и не говорил это вслух. Этого человека он уважал больше, чем собственного отца. Однако в последнее время Лайс сильно отдалился от него, и держал все свои секреты при себе. Шериф даже забыл, когда в последний раз говорил с ним.

– Брэдли, у меня к тебе будет просьба, – без обиняков, сообщил Сиди Лайс, и протянул тому запечатанный конверт.

 – Отнеси это Лукасу. Пусть он передаст письмо мэру. Это срочно.

– Но, сэр! – запротестовал Брэдли. – Сейчас же ночь!

– Я знаю, – устало сказал шериф. – Это очень срочно. Нельзя ждать с моря погоды. Нужно сделать это незамедлительно.

– Лукас, верно, еще спит, – продолжал возражать дворецкий. – Может, все-таки подождете утра?

Терпение шерифа лопнуло. Все произошедшее сегодня тяжелым грузом давило на его сердце, и он, наконец, не выдержал.

– Делай, что я говорю! – крикнул он.

 – Доставь чертово письмо Лукасу. И приведи доктора. Все, иди!

Брэдли потупил взор, и нервно переминулся с ноги на ногу. Однако приказ шерифа на него подействовал. Через минуту его уже и след простыл.

После ухода Брэдли Лайса охватило чувство вины. Никогда раньше он не позволял себе так разговаривать с ним. Похоже, у шерифа был нервный срыв. И неудивительно – мы все стали нервными и запуганными после появления серийного убийцы. Пусть шериф и не видел смерти Дика, но он безоговорочно верил Фреду, и пытался смириться с потерей еще одного горожанина, но не мог – мы все давно стали семьей, и считали друг друга дальними родственниками (что, в принципе, и было), поэтому потерять соседа было тем же самым, что и потерять брата.

Оправившись от своих мыслей, шериф вышел из своего кабинета, и спустился в гостиную. Светало. Полумрак пробирался в окна, и гостиная начала приобретать довольно устрашающие формы. Шерифа передернуло.