Чёрное перо

– Счастлива? Ты – старуха! Старуха, когда должна быть юной и прекрасной… И ты счастлива?

– Тебе не понять. Я носила дитя под сердцем. Я смотрела в глаза собственных детей и видела в них любовь. Я смотрела, как они растут и ощущала силу молодости.

– Любовь иссякла. И ты не можешь остаться здесь. Твоя воля погибла, а он больше не держит тебя своим чувством, и ты вновь принадлежишь нам. Ты вернёшься, Марья, и вновь будешь счастлива, счастлива в забвении и покое.

– Я не оставлю детей и мужа…

– Ты не властна противиться мне.

А дети и муж – всего лишь страдания прошлого, бесконечная борьба за осколки хрустального мира. Всё, что было в твоей жизни – горькая пыль. И ты пойдешь со мной, пусть даже против воли.

С этими словами Тана резко развернула стоящее рядом зеркало.

Марья увидела себя, встретилась взглядом с собственным отражением и замерла: кожа сияла, как никогда прежде, волосы были уложены и переплетены со множеством украшений. Изящный наряд струился по телу волнами переливающейся ткани!

– Ты райская птица, Марья, и тебе пора вернуться в рай.

Слишком долго скиталась твоя душа. И мы страдали вместе с тобой.

Марья безвольно вздохнула, а Тана взяла ее за руку и повела вон из чертога. Служанки позади несли малютку дочь.

– Зачем вы берёте Полину? – спросила Марья, нежно и с тревогой глядя на дочь.

– Твоя дочь так же прекрасна, как ты. Она достойна счастья и может расти среди нас, – ответила Тана.

Раскрылись ворота чертога и смуглая красавица, окруженная слугами, вывела из него мать и дочь.

Вслед за ними из дома выбежал Прохор, – старший сын Марьи.

– Куда вы ведёте мою мать и сестру!? – выкрикнул мальчик.

– Твоему отцу нет до неё дела. Мы вернём ей жизнь, которой она лишилась. А твоя сестра – прекраснейший цветок, достойный жить в счастье, а не погибать в быту и заботах, подчиняясь чужой воле.

– Нет! Моя мама не пойдёт с вами, и сестра останется дома!

– Ты очень похож на отца… – задумчиво произнесла Тана.

Она легонько коснулась мальчика рукой и, неожиданно для него, вонзила в кожу воронье перо. Мальчик в судорогах упал на землю, глухо вскрикнул, из-под кожи стали вылезать одно за другим вороньи перья. Черные, как смоль, они покрыли всё тело ребенка. На лице появился клюв. Ребенок сгорбился и обратился в огромного ворона. Птица, громко каркая, взлетела в небо.

– Полетай за отца чёрным вороном. Подчини небеса своим крыльям, – крикнула ему вслед Тана.