Замечательные люди (сборник)

На глазах у него выступили слезы.

– Если честно. – сказал Владимир, после того, как их утер. – Меня ещё в жизни никто не называл хамом трамвайным. Честное слово! – Это где-то даже полезно! Когда тебя опускают на грешную землю и нежные, молодые, красивые девушки называют хамом. Я вам за это песню спою. А зовут вас как? – он прищурил один глаз.

– А друзья зовут меня Нинуля. А вообще-то меня не зовут. Я сама прихожу, когда сочту нужным. – почему-то нагло сказала я и сама на себя очень удивилась. Чего это меня-то в хамство опять понесло.

Оно что ли заразное? Но Володя не обиделся, хотя выделил выпукло мою кривую реплику.

– Ну, вот и обменялись любезностями по новой. – он пошел к столу.

– Господи! – спохватилась я, озвучивая свою мысль. – Чего это меня-то в хамство понесло? Вы меня простите. Это от неожиданности. Вместо того, чтобы петь вам дифирамбы про ваши песни, я вдруг в другую сторону. – выдала я и совсем опешила. Мой язык лепил такую ахинею, что мне стало стыдно. Что может подумать человек? Дура, она и есть дура.

Из провинции. Хорошо хоть, что никто этого не знал. Я ж для всех была «из Питера»! Поэтому я заткнулась и присела бочком на диван. Стульев свободных уже не было.

Володя протренькал по струнам и вдруг запел про богатырей. При этом в куплетах, где про русалку, которая совсем недолго берегла свою честь, стал смотреть только на меня, для чего даже развернулся.

Я даже обиделась. Я ж, между прочим, свою честь к тому времени очень даже сберегла.

Когда он допел до конца я и спросила:

– А это вы кого имели в виду под этой русалкой? Меня, что ли? Так я между прочим.

Девушка. – сказала очень гордо! потому что считала, что сей факт заслуживает мужского внимания.

Он заржал как лошадь, а все тут же подхватили и выдал:

– Знаете анекдот!? У армянского радио спросили: много ли девушек в городе Ленинграде? На что армянское радио ответило: выдайте дуре самокат и пущай сваливает из города Питера!

Все опять заржали, а теперь Боря выдал:

– А она уже свалила в город Владивосток по направлению!

Народ грохнул со смеху, а я сидела, как оплеванная и краснела.

Володя это усек и сказал ласково:

– Да, ладно! Не обижайся. Это я так. К слову. А вообще ты это принципиально, или почему? Я про девичество.

– Я хочу по любви чтобы было, чтобы красиво, чтоб сердце ёкало… – сказала и опять покраснела, но от своей бестолковости. – Кто такие вещи обсуждает по-пьянке?

– Правильно! – сказал Володя.