Стекло

– Не знаю… – с трудом ответил Дин, – но мне нравится…

Язык заплетался, но ему уже было все равно.

– Я просто… не хочу… чтобы это кончалось. Я…

Он забыл, что хотел сказать, все мысли перепутались, Дин замолчал.

– А я как-то нашел смысл жизни, напился и забыл, – обрадовался Пицца новой теме разговора, – а что, Тимоша, это тебя взволновало?

Тимон выпил, прикурил сигарету и уставился на Пиццу.

– Вот ты умный вроде, но поражаться я тебе не перестаю. Тебе все по барабану! И неужели ты никогда об этом не задумывался? Мы же бесцельно живем!

– Во-первых, много думать вредно, – важно сказал Пицца, погладив ирокез, помолчал и добавил: – С ума можно сойти.

Во-вторых, ты что, хочешь поставить перед собой какие-то призрачные цели, вроде дома, семьи, работы, выдуманные для тебя человечеством?

– Нет… Не знаю… Это же лучше, чем ничего.

– Ну почему же? Да тебе скажут, что ты слабак, лентяй, живешь только для себя потому, что у тебя нет этих выдуманных ценностей. А пусть тогда они сами попробуют от них отказаться.

Отказаться от цели. Тогда все, край! Они и дня не проживут! Так же и с самоубийством. Все кричат: «суицид выход для слабых!», но не у каждого найдутся силы это сделать! Понял теперь? Орать всегда проще.

– Идиоты! Ведь тогда мы живем не бесцельно! – встрепенулся Дин, все это время он обдумывал слова Пиццы, и вдруг понял, как все просто. – Цель нашей жизни и есть ее бесцельность! И если мы слабаки, то, в слабости нашей, мы сильнее их силы! Цель отрицать саму цель! Так же как традиции и моральные устои.

Не обращать внимания на ненужные преграды и стремиться к чистоте собственной души, а не вкладывать души кирпичами в пирамиду безумного общества! Не приносить себя в жертву тем, кому на тебя чихать! Въехали, в чем дело? Смысл нашей жизни – это протест против их смысла, – Дин отхлебнул из кружки. – Пусть лучше жизнь моя будет бесцельной, чем я приму их муравьиные ценности! Одинаковые и пустые, как они сами…

– Пьяный бред! Тимон внимательно посмотрел на него, покачал головой – и вдруг рухнул навзничь, тут же захрапев.

Дин и Пицца переглянулись.

– Хороший пример, – рассмеялся Пицца, – у Тимошки биологические часы с точностью до секунды работают! Он вырубился, значит, и нам пора. А завтра я вас в одно место свожу, клевое.

– Что есть, то есть. Не отберете! – согласился с ним Дин.

И действительно, он вдруг почувствовал, что смертельно устал, лег на бок и закрыл глаза.