Куда спешишь, летишь ты, Время? Рубаи

«Тарелка» радио простая…»

«Тарелка» радио простая

Сводила с музыкой меня,

Дуэт Полины, Лизы, тая,

Не угасал с закатом дня.

В таштыпской дальней глухомани

Онегин, Ленский пели мне,

Козловский, Лемешев Саяны

Седлали, мчались в вышине.

Дробь музыкальная алыпов

В «три карты» топотом слились,

Графини старой слышал всхлипы

И Германа скольжение вниз.

Сегодня нет уж тех «тарелок»,

Чайковский реже все звучит,

Забыт и Ленский. Мир так мелок —

Сплошное шоу, хиппи, хит.

«Где вы, хулители шедевров…»

Где вы, хулители шедевров

Петра Чайковского? Ау!!!

Где судьи без весов и нервов?

Осадком музыки ушли ко дну.

Плывет над озером, над миром

Воздушный танец лебедей.

Маэстро стал степи кумиром,

Струной чатханной для людей.

Он – наш хайджи. И наши души

В аккордах блещут, как пого.

Потомков дальних вечно уши

Раскрыты будут для него.

И потому ему внимаю,

И потому ему молюсь,

Что Петр Ильич переплетает

Мою Хакасию и Русь.

«Ширь полей в груди не вмещая…»

В. Г. Чаптыкову

Ширь полей в груди не вмещая,

В небо соколом в клетке рвешься,

Как весной ручьи, голос твой звучит,

Среди трав степных рассыпаясь.

С песней стал родным всем хакасам,

Людям, что живут с ними в братстве,

Дружбы жар большой голос светлый твой

К небу музыки поднимает.

Малой родине он – богатство,

Родничок в лесу чистый, звонкий.

Припаду к нему, может быть, пойму

Глубину, исток наших песен.

«Прижал небо к крыльям орел мой степной…»

Прижал небо к крыльям орел мой степной,

Кружится над юртой, играет со мной.

Блестя опереньем, мне «зайчики» шлет,

Мальчишку с пикулек он к солнцу зовет.

Бегу следом радостный, громко крича,

Бодрю лошадь-палочку, в кисти – хамча.

По кругу орлиному долго скакал,

На старости вижу – тебя не догнал.

Лети, мой хороший, и к солнцу зови,

Другие поднимутся к солнцу любви

И рядом с тобою закончат полет,

И я успокоюсь, боль сердца замрет.

«Родных тасхылов шлемы, пики…»

Родных тасхылов шлемы, пики

И латы льдистые плывут

Над горизонтом. Руки, лики

Меня покаяться зовут.

Юнцом, рабочим экспедиций

Средь них с котомкою шагал,

Не зная предков всех традиций,

Я им не кланялся, шакал.

Стрелял в кедровок, коз кормящих,

Бурундуков в котел таскал.

Как много нас здесь проходящих,

Кто щедр на зло, свинец и сталь.