Апокриф

Глава 15

Мы и не заметили, как самолет оторвался от взлетной полосы и, уверенно набрав высоту, устремился в Европу.

Пару лет назад поездка напрямую из США в Италию для меня была бы невозможна. Дороги куда бы то ни было вели через Москву, где следовало получать визы для посещения иностранных государств, а отсчитав еще не так много лет в том же направлении – и разрешение на выезд из серпасто-молоткастого отечества. Вот времена… Но об этом быстро забыли и принялись кататься по свету, распугивая аборигенов звучными голосами и дурными манерами, ожидая от каждого встречного торгаша знания русского языка.

Удивительно, что из офиса Билла никто не поинтересовался, есть ли у меня виза в Италию. Может, им такая идея и в голову не приходит?

Начались обычные самолетные забавы – пить да есть. Ну что же, отведаем. Рассматривая полеты первым классом с гастрономических позиций, нельзя не отметить, что самолет оказывается одним из самых дорогих возможных ресторанов, при в высшей степени средней кухне и безобразном сервисе.

Что-то я выпендриваюсь без меры!

Билл достал карманный компьютер и принялся изучать какие-то таблицы. Я еле сдержал усмешку. Зачем, когда в нашей жизни появился Даниил?

– Как зачем? – прочитал мысли Билл. – До Его воцарения многое предстоит сделать. Без финансов не обойтись…

– Понимаю. Но у тебя денег столько, что хватит до конца света.

– Надеюсь, ты прав. Однако лучше подстраховаться и не провоцировать наступление конца света собственным банкротством. Хотя должен заметить, что повода для пессимизма не вижу.

Не понимаю, почему ты иронизируешь… Скажи еще про богатого и игольное ушко. Я ведь доходы использую на благие дела.

– Владимир Соловьев!

Я оторвал глаза от Билла. Передо мной стоял один из пассажиров. Его сиденье было наискосок и чуть впереди от нашего. Я обратил внимание на коротко стриженный седой затылок, еще когда садился в самолет. Тяжелая загорелая физиономия, ухоженная… Словом, почти приличного вида классический российский стареющий бычара.

Костюмчик от Бриони, шея в два обхвата перевязана золотой цепочкой, годной для причаливания небольших сухогрузов.

– Да, это я.

– Очень приятно. Выпьешь? Я, знаешь, все твои ночные передачи смотрю. Правильные пацаны к тебе петь приходят. Прямо за душу берет. Особенно когда Шуфутинский пришел с двумя посидельцами… Я чуть в голос не зарыдал…

– Спасибо, но пить мне нельзя. А вы какими судьбами в Рим?

– Болеешь, что ли? Понимаю, меня врачи тоже мучают.