Ведьма по ошибке

Я четко знаю, что магии, демонов, ведьм и прочей нечисти не существует! У меня огромный опыт просмотра фильмов и сериалов, меня не испугать спецэффектами! Моя вера в отсутствие сверхъестественного сильна и непоколебима.

Почему-то, стоя перед этим зеркалом, я ощущала смутное беспокойство. Казалось, за спиной клубятся неясные тени.

Дознаватель отступил на шаг и зашел мне за спину.

– Смотри в зеркало!

Ощущение тревоги усилилось. Напряжение достигло максимума, и я не выдержала, повернулась к мужчине.

– Интересно, – снова протянул он, растягивая «е».

Опасность имеет особенный острый запах и приобретает металлический привкус на губах. Затем приходит совершенно животный страх, он парализует и давит на грудь, шум крови слышен в ушах.

Потом начинают дрожать руки и ноги. И эту дрожь невозможно унять. Дышать становится трудно…

Лежа в своей небесно-голубой камере, я снова и снова пыталась понять, что же меня так напугало перед этим зеркалом, чем была вызвана такая реакция. Конечно, оказаться с дознавателем в полутемной комнате – это довольно неприятно.

Но тот ужас, который я пережила… Я подтянула колени к подбородку. Все еще было очень страшно. Наверное, только сейчас я начала понимать, что меня похитили, лишили свободы и привычной жизни.

Дни потянулись, сливаясь в бесконечную череду допросов и ожидания допросов. Желтоглазого дознавателя я видела каждый день, он каждый раз спрашивал о демоне одно и то же. Каждый день я рассказывала одну и ту же историю о том, что старалась освободить его, но у меня не получилось снять браслет.

Каждый день я повторяла снова и снова, что внешность описать не могу, потому что было темно.

Да, пили вино.

Не знаю, чего он хотел.

Нет, на браслете не было никаких надписей.

И так по кругу.

Единственное, что я не рассказала, так это о своей клятве. Видимо, к этим заморочкам о существовании демонов тут относились серьезно. К счастью, к зеркалу меня больше не водили. А вот внешность дознавателя Дина я запомнила досконально и, когда выберусь отсюда, смогу подробно описать его в полиции.

Даже за гримом удалось разглядеть тоненький шрам на лбу. А это довольно важная примета.

Меня поражала его способность меняться от спокойного и понимающего – до яростного и опасного. Иногда казалось, Дин искренне сочувствует, понимает, что мне страшно, и очень хочет помочь… Но я все равно не могла рассказать больше, чем знала. Надеюсь, в конце концов ему надоест задавать вопросы.