Грешные люди. Провинциальные хроники. Книга первая

Когда был объявлен набор патриотической сельской молодежи в органы государственной безопасности, их пригласили на собеседование, Андриан заколебался и не решился испытывать судьбу. Война развела их дороги, и снова свела, когда Андриан окончательно выписался из госпиталя, приехал в райцентр оформлять нужные документы и столкнулся с Матвеем, который попытался сходу сманить его в свое учреждение, бедствующее кадровыми работниками. Они просидели полдня, но Андриан откровенно и твердо сказал, что не хочет подобной работы, разозлив Матвея.

Расстались они недовольные друг другом, уверенные, что разошлись навсегда, но когда Андриан оказался управляющим отделения совхоза, и почувствовав излишне неприятное внимание к своим подопечным, бездоказательно, скорее, для счета выставляемых только нарушителями социалистической законности и поголовно мелкими воришками, пришлось вспомнить о старом друг и заявиться с поклоном, как заявился сейчас, к чужому разве бы он полез с откровениями и желанием кого-то защитить.

– Снова? – не особенно доброжелательно спросил Решетников.

– Дак, в душу твою, куда мне еще, кроме тебя!

– Кто?

– Помощник бригадира тракторной бригады Костюк. Трахомник из трахомноков, легкие в дырках, сам не седне-завтра загнется, а в плугах-тракторах кумекает… Март в разгоне, Матвей Александрович, самый ремонт, а я как без рук, Грабли-бороны, другую мелочевку в МТС не берут…

– Кто у тебя самый старательный?

– Ветераны! Паршук и Егорша.

– Ну, ну, слышал.

старательные! Если на зарплату оформить… Паршук, Паршук! – забубнил Решетников, перебирая на столе стопку бумаг, – Ну, вот и малява пока у меня, наверх не ушла.

– Отпустишь, Матвей Александрович? Да нету за ним ничего, голову на отрез, а Паршука я прищучу?

– Который на твоего отца доносил?

– Дак в красных штанах когда…

– А другой?

– Такие уж уродились… Мне бы Андрюху не упустить.

– Суета большая, проверки одна за другой. Под контролем подержать можно, большее не смогу.

– Матвей ты меня знаешь!..

– Не надо, не заводись.

– Да в душу твою! Я куда хошь!

– Вот и не надо, не надо, и так шум создаешь, меня уж предупреждали по дружбе. Себя пожалей и жену с дочкой, тебя выручать будет некому.

Сбегал, называется, спустил пар!

Возвращаться в деревню, зная, что его поездка в райцентр не останется не замеченной и наиболее чувствительные обязательно будут встречать, не было ни сил, ни желания. Столовка уже работала.