Грешные люди. Провинциальные хроники. Книга первая

Окинув усталым взглядом баб и мужиков, Андриан Изотович потянулся к бумагам, смахнуть в стол, но в кабинет ворвался уезжавший с утра на центральную усадьбу скирдоправ Данилка Пашкин.

Тоже фрукт под морковным маринадом! Еще только дверь плечом напирает, а псих впереди на полсажени; горлопан и пьянчужка, а скирду лучше никто не поставит.

Предчувствуя новый взрыв буйной натуры Пашкина, управляющий чуток поднапрягся – тоже фигура, как выдаст сдуру, самому потом не отмыться, хоть сразу сдавай в КГБ.

Выбросив упреждающе руку в сторону толстоватенькой Нюрки-уборщицы, похожей на маковый цвет, оказавшейся на пути, готовый смахнуть к чертям собачьим, если вовремя не увернется и не ужмет излишнюю требуху, поранено взревел:

– Брысь с дороги, корова брюхастая, загородила весь свет.

В снегу Данилка, в соломе. Осыпан и вывалян. Дик. Нюрка вжалась в нишу за круглой печью, пропустила его. Грузными шагами растоптанных и подшитых валенок одолев расстояние до стола управляющего, бросив на стол сумку письмоносца, набитую газетами, рыкнул издыхающим зверем:

– Ну вот и отмучились, и его больше нет! Хоть слушали радио?

– Отчего ты отмучился, калоша без стелек? Ты откуда такой? – Взгляд управляющего подозрительно насторожен.

– Да мать тебя в душу, слышали или не слышали? Сталин же, Андрианка…

– Вот баламут! Что тебе Сталин, во сне что ли приснился?

– Уже не приснится.

– Ста… Боже ты мой, мели да знай меру! – схватилась за горло Таисия.

Мор может лишь так придавить, но Нюрка на подхвате с хорошим: Васька Симаков пришлепал из совхозной больницы – Варька сына родила.

– Васька как шалый пехом припер! Сын у твоей помощницы Варюхи, Таисия!

Глава вторая

1

Траур по Сталину катился с какой-то опаской, хотя из мертвых уже не встают, но мало ли как при нашей власти безбожной, тут затылок почешешь, прежде чем лишнее ляпнуть.

Радио осмелело, вернувшись от лозунгов к нормальной словесной тарабарщине с весенними проблемами. Приходили мужики и бабы, что-то требовали, и Андриан что-то решал, раздавая необходимые команды и распоряжения, радуясь, что про Маевку будто забыли и время от времени улетая куда-то в долгие странствия воображаемого счастья – лишь бы подольше не вспоминали.