Пройди свой путь

Запираясь в подвале дома

И скрываясь на чердаках,

Чудом выжили при погромах

И детей спасли на руках.

А в войну, соседи сказали,

Неодетыми, на ветру,

Деда с бабушкой расстреляли

В нашем местном Бабьем Яру.

Был в степи я, в пустыне, в море,

На семи был продут ветрах,

Но, как дует ветер Истории,

Я не чувствовал, вертопрах.

Лишь порою от лиц еврейских,

На которых морщин не счесть,

Вдруг повеет чем-то библейским.

Может быть, это он и есть?

Афро-азиатский разлом

Разлом.

Не до серёдки. Только часть.

Но, перепуганная дура,

Душонка к пяткам понеслась.

Потом вернулась в мозг и сердце,

Туда, где ей пристало быть,

Чтоб захлебнуться, насмотреться,

Да так, чтоб ежедневный быт

Не заслонил, не стёр из глаза

Располовиненность Земли,

Где в сюр въезжаешь без салазок

И без напутствия Дали.

Ты на краю. И все молитвы

Не вверх, а вниз: «Не упади…»

И режут ноги камни-бритвы,

И дрожь в коленках и груди.

Исчезли суетность и вещность,

Казалось, много лет и дней

Стою и слушаю извечность,

Не зная, что ответить ей.

Иерусалим…

Почти что как на поле битвы,

Где плоть рождает стон и вздох,

Летят, летят, летят молитвы

К тому, кого назвали Бог.

Истово, руки сжав до боли,

Шепча какой-то тихий бред,

Едва не позабыв о Боге,

Не зная, есть он или нет,

Нырнув в себя, как в мутный омут,

Без или с пядями во лбу,

Молились сапиенсы гомо,

Пытаясь вымолить судьбу,

Вздыхали горестно и тяжко,

Искали нужные слова

В надежде выпросить поблажку

И снисхожденье божества.

И отходили облегченно,

Как будто сбросив камень с плеч,

Опять вливаясь полусонно

Туда, где продолжает течь

Жизнь, суетлива и бездумна,

Где, как мишень, любой висок,

Где судьбы лопаются шумно

В борьбе за лакомый кусок.

На донышке Земли

Ты помнишь – мы идем по дну разлома,

Бредем почти по донышку Земли,

В немыслимой дали от всех и дома,

И ноги наши в вековой пыли.

На склоне справа – домик бедуинов,

К шесту привязан бедуинский конь,

И солнцем обезвоженная глина

Ступни нам обжигает, как огонь.

Кто брёл до нас по этой каменистой

Тропе, ведущей не поймешь куда?

Быть может, Павел, темен и неистов,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.