День свалившихся с луны

– Они думают, что я их коллекционирую! – беззлобно ворчал Ваня, перебирая прорву разноцветных змеиных шкурок, развешанных на гвоздях, коими утыкано было нутро шкафа.

Вот такого Ваню и повстречала первый раз Даша, когда ее отправили разобраться с протечкой: из Ваниной мастерской регулярно текло на соседей внизу. Ваня рассеянно выслушал Дашу, переспросив пару раз, кто она такая. Потом небрежно кинул двубортное драповое пальто с правой руки на левую, и сказал:

– Хорошая моя! Я щаз разбираться не могу! Я щаз еду в Смольный! Найдите Свету, она вам покажет, что на сей раз никто не виноват, никто не уснул в ванне и не засрал раковину жиром.

А вот фановую давно пора менять! И я вам советую ее посмотреть. И рассказать вашему начальству, что приличные люди тут совсем не при чем!

И Ваня застучал каблуками вниз по лестнице, ругая на ходу ЖКХ, местный ЖЭК и всю страну. А Даша позвонила в дверь, за которой гремела какая-то дикая музыка. Дверь тут же распахнулась. На пороге стояла девица, босиком, в какой-то полупрозрачной накидке, под которой были только маленькие полоски типа купальника-бикини.

Считай, девица без ничего была!

Глаза у нее страшно косили и были разного цвета, отчего мордашка была презабавной. В тонких пальцах с длинными ногтями алого цвета она изящно сжимала длинный мундштук, в котором дымилась длинная тонкая сигарета. И вообще, все у нее было какое-то длинное-предлинное. Ноги, волосы, нос.

Девица посмотрела сквозь Дашу, в пол-уха выслушала про протечку, про жалобу соседей снизу, про то, что Дарье нужно осмотреть ванную и туалет.

Потом посторонилась, пропуская ее в квартиру, вымолвив только одно слово в ответ – «бред!», в котором было, по крайней мере, штук десять букв «р», и поплыла за Дашей по длинному коридору, спотыкаясь босыми ногами о какие-то банки, тряпки, доски и тарелки.

– Тарелки-то почему на полу? – удивленно спросила Даша, обернувшись на ходу к девице.

– А где им быть, если их тут поставили?! – девицу, похоже, вопрос Дарьи рассмешил, она хохотнула себе под нос.

«Логично, – подумала Даша, – если их тут поставили, то где им еще быть???»

Девушка пошарила по стене, щелкнул выключатель, и Дарья увидела перед собой две узкие, освещенные тусклыми лампочками, норы. В одной в самом конце у стены, выкрашенной жуткой синей краской стоял покосившийся унитаз. Вдоль стены выстроились в рядок кошачьи горшки, над которыми висели коммунальные «сидушки» для унитаза – всех цветов и фасонов.