Завтра будет новый мир. Книга 1. Черный

Сейчас его не тревожило ничего, кроме нереализованного желания огромного куска жареного мяса в пивном соусе.

– Жрать охота-то с дороги, Фел? Как насчет моего коронного? А?

Не надо было отвечать, потому что Горув увидел слюни в глазах руара.

– Стейк для Фела! – Горув крикнул пароль на кухню. Повара знали, что для Фела стейк готовится по-особенному – определенным образом вырезается мясо, слегка отбивается и маринуется в чесночном фарше и в корнях сельдерея. Потом кладется в каменную чашу и заливается темным пивом до краев, чашу располагают в раскаленной каменной печи и мясо жарится пару минут.

Схватываясь быстро сверху, образуя пивную корочку, при разрезе на тарелку вкусно и красиво вытекает кровь вместе с пивом.

– Ну, рассказывай.

Горув, не маленького телосложения, сложил руки под подбородком и, несколько раз кокетливо хлопнув ресницами, приготовился слушать старого друга.

– Да уж нет, рассказывай ты, что тут у вас происходит!

– Тут ты прав, сначала, мать ее, я тебе расскажу.

И посоветую – кроме Амуфера в Вармурге никуда не выезжать. Да и задерживаться тебе здесь надолго не советую. Убьют к чертям.

– Ее все-таки нашли мертвой…

– Сам все знаешь. Тебя убьют при первой же возможности, мать ее так. Ах, давай, за хороший исход этого дерьма!

Подняв бокалы, уже наполовину опустошенные, друзья мысленно пожелали друг другу удачи, потому что оба прекрасно понимали, что удача ох как нужна будет.

– Как брат? Слышал, это он сейчас всем управляет, сукин сын.

– Ты знаешь, Горув, мы не виделись очень давно. Да и скорее всего не увидимся. Угрозы я ему не представляю, престол на хрен мне не нужен. Да и мстить мне ему не за что. Так что надеюсь, он обо мне благополучно забудет. А то, что он творит – за это будет наказан. Поэтому в принципе в Идене мне все подходит. И там и останусь. Буду продолжать писать свои заметки путешественника и иметь какую-никакую деньгу, в остальном может и детенка пора заиметь. Кто знает.

– Не пора тебе, разгильдяй хренов, куда тебе? – Горув тепло улыбнулся.

 – Хотя это и чертовски здорово. Сам хочу. Смотрю на Пурага и сердце радуется, мать его. Счастливый папаша, – Вар снова тепло улыбнулся.

– Как он, кстати?

– Да все так же, любимый ублюдок. Растит дочь красавицу. Боится. Очень боится. За нее. Да я и сам бы не знаю как себя вел, мать его так. Эфиланрей, сукин сын, ничего святого, мать его так.

Фелазару принесли ужин, но есть уже совсем не хотелось.