Собрание сочинений. Том второй. Рассказы и эссе

И тут я вспомнил последние наставления Феи Живинки, что надо идти вниз по течению речки и тогда я попаду к большой реке, где есть уже дорога к людям.

Но на другой стороне ручья на тропинку выскочил серый заяц с длинными ушами. И он встал на задние лапы, а передними начал перебирать так, что мне показалось, будто он показывает вверх по течению ручья. Я взглянул в ту сторону и увидел, что через ручей перекинуто бревно. Упавшее дерево лежало поперек, как мостик через ручей. Пока я смотрел – заяц исчез, я не заметил, чтобы он прыгал куда-то в сторону.

Опять все казалось волшебным.

На той стороне ручья был другой мир. Там весело щебетали птички, будто приглашали меня. Они сидели на ветках – и кланялись и кланялись в мою сторону. Тогда я оглянулся и увидел, что тропинка вывела меня из густого дремучего леса к этому ручью-речке. А за рекой стоял светлый березовый веселый лес. И конечно, я быстрее побежал к бревну-мостику, чтобы оказаться в том светлом лесу и убежать из темного и страшного дремучего леса, где сосны и ели загораживали даже солнышко.

«Лесовик»

Среди светлых березок, в невысокой траве красиво краснели ягоды земляники. И я, немного голодный, присел и стал кушать сладкие ягоды. Сначала собирал я по одной с кустика и клал красные сладкие ягодки сразу в рот. А потом стал собирать в горсточку, по 4—5 штучек – и было вкуснее. Обобрав ягоды в одном месте, я видел их в траве невдалеке снова во множестве и перебегал туда.

И так я передвигался среди березок, углубляясь в лес и отдаляясь от спасительной речки-ручья.

До самых сумерек я бродил затем по березовому лесу, где встречались и небольшие елочки. В этом лесу было хорошо и красиво. Мне попадались грибы. Разные грибы я не трогал, но знал, что можно кушать ножки у гриба «сыроежки». И я пробовал, кушал сыроежки с разного цвета шляпками. Красные шляпки мне больше понравились, а у желтых – ножки горчили. До самых сумерек я бродил, а когда солнце уже нависло над вершинами деревьев и в лесу стало темнеть, – сильно уставший, я залез под елочку. Под широкими еловыми лапами, на подстилке из серых иголок я быстро уснул.

Была темная ночь. В полной темноте слышались в лесу шорохи. А проснулся я, открыл глаза, от странных звуков. «Так-так, так-так», – и снова – «так-так, так-так», – звучал какой-то стук, где-то рядом. Как будто палочкой ударяют по палочке. Я лежал под елкой, и мне ничего не было видно. Но постепенно я стал различать в темноте ночи очертания деревьев.