Невозможная магия

Я хотела… – Она не договорила, потому что точно не знала, как признаться незнакомке, что хочет не просто укрыться от дождя, а надежно спрятаться от себя и от своей пока еще непонятной магии.

Поэтому Виолетта молчала и рассматривала грозную женщину, сидящую в кресле. Нельзя было сказать, сколько ей лет. Хотя та выглядела молодо, янтарные, как у кошки, глаза светились мудростью. Иссиня-черные волосы хозяйки отеля были уложены замысловатыми волнами и красиво обрамляли лицо с четким абрисом. Ее руки царственно расположились на бархатных подлокотниках, а на длинных пальцах красовалось бессчетное количество перстней и колец.

Сапфиры, изумруды и рубины ловили отражение пламени в камине, поэтому казалось, что в каждом камне горит свой собственный огонь.

– Рассказывай, – коротко приказала незнакомка.

И Виолетта неожиданно для себя самой выложила все как на духу.

– Должна была откликнуться стихия огня… – Сердце болезненно сжалось, во рту стало кисло, вот какой стыд на вкус. – Не понимаю… Мои родители, бабушки, дедушки, дяди, тети, а также двое братьев и сестра – все огненные маги.

Ни у кого не было сомнений, что я тоже. И ладно, если бы меня приняла какая-то другая стихия, но мусорная магия… Простите.

– Она мельком взглянула на ведьму. На секунду Виолетте показалось, что огонь, горящий в кольцах и глазах, сделался жарче, метнулся ввысь.

– Пока все мои друзья готовились к вечеринке, меня просто выставили из Магинхоллла. – Виолетта распалялась все больше и больше.

 – Даже не дали собрать вещи, сказали, что пришлют позже. Они так старались, чтобы я поскорее убралась, словно могу заразить кого-нибудь еще.

– Люди опасаются того, чего не понимают.

Виолетта не обратила внимания на оброненное замечание и продолжила:

– Но хуже всего – жалость, с которой на меня смотрели. Профессор Лоркид всегда меня выделял. Так вот, он связался с моими родителями и выразил соболезнования, да еще таким голосом, будто я умерла. Как теперь вернуться домой…

Ведьма очень внимательно слушала, иногда кивала.

Ее молчание было странно уютным, успокаивающим. Виолетта же полностью погрузилась в свои переживания. Было еще одно обстоятельство, которое кололо больнее, чем иголка. Но о нем она не могла говорить. Даже думать об этом было мучительно.

Дитер. Еще вчера Виолетта была так счастлива! Сначала они с Дитером долго говорили о будущем, мечтали. Он хотел, чтобы Виолетта стала его женой и они вместе шли по пути магии.