Музыка дорог. Рассказы

И вдруг почувствовал гордость от того, что вот эта девушка, милейшее создание с нежным профилем и огненными с пеплом волосами сидит в его новой машине, рядом с ним, и они едут куда-то, и впереди вечер. Её бы еще приодеть. Да. Надо будет с ней поработать. Мало ли, вдруг придется «в люди» выйти. Знатоки её, конечно, оценят.

– На всю жизнь? Вы о чем?

– Саша! Что значит о чем? Обо всей оставшейся жизни. Согласна?

Девушка, широко открыв глаза, смотрела на него. На мгновение в её глазах промелькнула ирония.

Показалось? Руки с сумочкой лежат на коленях, как у прилежной ученицы, ремень безопасности прижал её к сидению, полы не застегнутого пиджака раздвинулись, и под блузкой обозначилась не замечаемая раньше красивая девичья грудь. Куда же я раньше смотрел, подумал Александр Андреевич. Он вдруг резко притормозил и прижался к обочине. Повернулся к попутчице.

– Вы зачем остановились? – прищурила глаза и отодвинулась к своей двери.

– Я не могу разговаривать с тобой, милое создание, не глядя на тебя.

Давай сейчас о главном договоримся, и поедем дальше. Давай-те, – улыбнулся.

– О чем? – настороженно смотрит на него.

Он, пожалуй, улыбнулся так искренне, что она успокоилась. Они в это время ехали по длинной затененной кронами деревьев аллее, где было мало машин и вовсе не было прохожих.

– Я вот о чем хочу договориться. Во-первых, говорить друг другу – ты. Договорились?

Девушка кивнула.

– Во-вторых, нам надо как-то определиться, кто кого как называть будет.

Чтобы не путаться.

– Я и так не путаюсь. У меня память замечательная.

– Я не о памяти. Я предлагаю немного разнообразить наши имена. Да? Например, я тебя буду называть Шурой, Шурочкой или …, – улыбнулся, – Шери. Ты не против? А ты меня – просто Сашей.

– Ну что вы, как ребенок? Что, разве нельзя друг друга без этих …, – смутилась, – вот, Шери придумали.

Он шутливо нахмурился. Она поправилась.

– Приду-умал. Я еще не привыкла.

Только зачем все это?

– Ты правильно сказала. Привыкнешь. Поехали, Шери. Шери по-французски – милая.

И снова показалось, что в её глазах мелькнула искра иронии. Скоро уже они сидели под кроной старой раскидистой липы, за столиком.

– Знаешь, почему я тебя именно сюда привез?

– Нет. Вот жду, когда ты мне эту страшную тайну откроешь.

Ей еще с трудом давалось «ты». Это было заметно по тому, как она невольно делала на нем ударение.