Тэртон Мандавасарпини был сумасшедшим

А знаешь что? Если тебе это так интересно, сходи к его ученику – Леониду Борисовичу Хольценбогену. Может быть, что-то и расскажет. Жив ли, не знаю. Пил много. Еврей, а пьющий. Если жив, то на пенсии, должно быть. 6-я Советская, дом 4, квартира 13.

– Вы и адрес его знаете?

– Знаю! – рявкнула тетя Фира. – Все! Иди!

Может, дядя Сеня был не так уж и неправ? – пронеслось в голове у Лены.

5.

Дом был симпатичный, облицованный белыми изразцами. Лестница со двора, для прислуги или бедных съемщиков. Доходный дом.

Звонок – как в кино, доисторический.

– Здравствуйте, могу я увидеть Леонида Борисовича Хольценбогена? Я из Зоологического музея.

Пришлось немного приврать, а то долго объяснять.

– Входи. Туда, – женщина была не очень приветлива.

Лена не любила, когда пахнет едой. Особенно овощами. Если капустой, вообще невыносимо. Нет, хуже всего – рыбой. В квартире пахло всем. В дальней комнате сидел мужчина. Он не был похож на пьяницу. Щечки кругленькие, курчавый.

– Здравствуйте, Леонид Борисович.

Я – внучка Серафимы Владимировны Левиной. Ваш адрес мне дала Эсфирь Борисовна Гинцбург. Я хотела бы узнать о бабушке, о дедушке, – Лена немного поперхнулась на дедушке.

Мужчина смотрел на нее молча. Долго. Тут Лена поняла, что он все-такие пьяница. Даже сейчас сильно выпивши. Вдруг из глаз его полились слезы, и он запричитал:

– Деточка, внучечка Симочки… Нюрок! Сооруди нам чего-нибудь. Внучка Серафимы Владимировны пришла.

В комнату вошла Нюрок. Та женщина, которая открыла дверь.

Она молча взяла с полки банку и вышла, всем своим видом показывая, что ничего сооружать не будет.

– Я, конечно, могу сбегать, но, боюсь, тетя Нюрок меня снова уже не пустит. Лучше я вам дам немного, а вы потом за память бабушки выпьете, – быстро нашлась Лена.

– Разумно, – согласился Хольценбоген, засовывая деньги в карман. – Так что вас интересует?

– Меня интересует дедушка. И еще кости динозавров из Монголии. Я учусь на восточном факультете на монгольском отделении. Вот, хотелось бы узнать.

– Иван Антоныч… Динозавры…

Леонид Борисович на глазах из пьяного хитрована превращался в нормального интеллигентного человека.

– Иван Антоныч был великий. Понятно? Ве-ли-кий! Ты – внучка великого человека. Он сделал всего – на институт хватит. Это только в науке. А еще писал. Неплохо писал, между прочим. Был как с другой планеты. Так что Симочку понять можно. Будь я женщиной, сам бы в него влюбился. Впрочем, и влюбился. Пошел к нему в палеонтологию.