Тэртон Мандавасарпини был сумасшедшим

– Откуда вы знаете, где копать, Дорж-гуай?

– В том месте, где когда-то копали, даже если прошло 50 лет, песок не такой плотный. Копайте.

Все дружно навалились. К ночи выкопали деревянный сундук. В нем были не кости, а книги.

9.

Книги были на старомонгольском и тибетском языках, большие и маленькие. Заботливо укутанные в ветхие тряпицы. Никто из присутствующих, даже глубокомудрый Дорж-гуай, не мог сказать, что это такое. Ясно, что очень ценное. Прямо дух захватывало.

– Ламы во время гонений на религию прятали книги, бурханов и монастырскую утварь, ? напомнил Дорж-гуай.

? Наверное, это такой схрон. Надо отдать начальникам.

– Что эти черти в старых книгах понимают? Надо везти в Улан-Батор, ? возразил Пэлжэ-ах.

Решили оставить вопрос до утра. Потому что все были очень пьяные. Отметили же.

– Это сундуки Равжи! ? завопила маленькая-толстенькая нечеловеческим голосом, когда Лена утром дозвонилась до нее и рассказала о находке. – Езжайте в сомонный центр, мы как раз там будем к обеду.

– Понимаете, Дорж-гуай считает, что надо отдать сундук даргам[25 - Дарга – начальник.], – горестно затараторила Лена. – Дорж-гуай уже поскакал за ними, кажется. А Пэлжэ-ах говорит, что надо везти в Улан-Батор. Они поссорились. Даже подрались вчера. Пэлжэ-ах очень пьяный. Когда мы отсюда выберемся, не знаю. Димку несет. Намдаг-гуай очень ругается на «п». У меня огромная шишка на ноге, потому что меня укусил какой-то жук. Растет страшно. Наверное, это цуцугамуши. Может быть, смертельно.

Все спят. Я поднялась на холм и звоню вам. А Сухэ какой-то странный. Всем недоволен. Намдаг-гуай и так и этак, а он фырчит.

Вчерашний алкоголь еще не покинул Лену. Да и вообще, слишком много событий произошло. Ей было жаль себя, хотелось плакать.

– Так, Лена, тихо, успокойтесь. Можете сказать, где вы находитесь?

– 36 градусов восточной широты и 78 градусов северной долготы, ? уже плакала Лена.

– Тьфу ты, дайте трубку шоферу.

– Он спии-ит внизу.

– Как же мы вас найдем?

– Тут линия электрическая проходит.

И еще разрушенные здания советской военной части.

– Понятно. Ждите.

10.

Приехала экспедиция с кругленькой-толстенькой во главе. Нельзя сказать, что все Лене сразу очень понравились. Когда она брякнула что-то про французскую революцию, Алексей сразу спросил ее, какую она имеет в виду – 1789 г. или 1848-го? Лена не была в курсе, что их было две. Соня молча смотрела на нее круглыми глазами и курила.