Смерть волкам. Книга 2

Оборотень поймал её руку и несколько раз поцеловал её красные грубые пальцы. Морика снесла эту ласку со снисходительно-царственным видом, а потом спокойно отстранила любовника – но уже не так настойчиво, как в прошлый раз.

7

Дверь снова распахнулась, и Рэйварго поднялся на ноги. Он успел увидеть, как Шов толкает в спину Октая, а потом дверь захлопнулась. Рэйварго метнулся вперёд и подхватил молодого оборотня раньше, чем тот успел упасть на ступеньки. Сведя его вниз, он не без труда распутал тугой узел на его руках.

Октай всё это время молчал, угрюмо сопя, а потом вдруг обернулся к двери и прорычал:

– Вот ведь сука!

– Вижу, ты её знаешь, – сказал Рэйварго.

– Знаю, – пробормотал Октай, растирая запястья и кивком головы благодаря Рэйварго. – Точнее, никогда лично не видел, но знаю про неё кое-что…

– Что у тебя с лицом? – в ужасе спросил Рэйварго. Брови Октая были здорово подпалены, кожа лица покраснела, а на лбу и правой скуле вздулись два пузыря размером с ноготь. Октай только махнул рукой:

– Скоро заживёт.

Это пустяки по сравнению с тем, что эта сука сделала с моей подругой.

– А что она сделала?

– Выколола глаза и бросила в зимнем лесу умирать, – заметив выражение ужаса на лице Рэйварго, Октай мрачно усмехнулся. – Да, именно так. Но с Веглао не так-то просто справиться. Она выжила. И рассказала обо всём мне.

– Веглао – так зовут твою подругу? – переспросил Рэйварго.

– Да, – кивнул Октай. – Думаю, ты меня поймёшь. Я когда-то хотел, чтобы у меня была сестра. Думаю, она бы смогла стать моей сестрой.

– У меня есть сестра, – тихо сказал Рэйварго. – Она младше меня на два года. Так что я тебя понимаю.

– Младше на два года? А сколько тебе лет?

– Двадцать три.

– А мне – пятнадцать.

– Пятнадцать?!

– Да, а что?

– Но ты… ты выглядишь старше пятнадцати. Я в пятнадцать лет был ещё ребёнком. Я думал, тебе по меньшей мере восемнадцать или двадцать.

– Я оборотень, – тихо сказал Октай. – Меня укусили, когда мне было одиннадцать лет. И все эти четыре года я превращался.

А превращаться очень больно. Наверное, поэтому я выгляжу старше.

Он замолчал. Рэйварго уселся на ступеньку и опустил голову на здоровую руку. Октай сел рядом и тихонько спросил:

– Так это правда? Насчёт книги? Она правда такая дорогая?

– Очень, – устало сказал Рэйварго. – Она бесценна. И я говорю не о деньгах. Она бесценна, потому что во всём мире больше нет ни одной такой книги. Всего их было пятнадцать, оригинал и четырнадцать копий.