Останкинские сезоны

Что-то позволило им втиснуться со своим проектом в плотно застроенный район Сокола и развернуть строительство в Хорошево, на улице Маршала Жукова, где совсем недавно были зафиксированы два карстовых провала… Поэтому Лиза, стараясь избавиться от своей заинтересованности, а также будучи девушкой здравой, пришла к Храмову с риторическим вопросом:

– А орден мне дадут посмертно?

Сергей Храмов, в последнее время не на шутку увлекшийся философией, молча закрыл томик Ницше и потянул из Лизиных рук тоненькую папку с материалами дела.

Лиза инстинктивно дернула папку на себя, Храмов удвоил усилия по изъятию материалов, Лиза не поддалась – с сопением, не говоря ни слова, они некоторое время совершали поступательные движения, свойственные двум людям, распиливающим бревно. Двигаясь туда-сюда, папка рассекала воздух, пока, наконец, не выскользнула из рук Храмова. Лиза схватила ее подмышку, полностью отдавая себе отчет в том, что глупый азарт взял верх над здравым смыслом. И месяца не прошло с тех пор, как прекратились телефонные угрозы в адрес Паши Кошкина, разоблачившего администрацию одного из московских рынков, где были нарушены все мыслимые и немыслимые санитарные нормы.

– Ладно тебе, Лизка, расстраиваться, – жизнерадостно сказал Максим Панцов. – Я вот мечтаю пострадать как журналист. Представляешь, снял я гениальный сюжет про каких-нибудь гадов, тут же в подворотне налетают трое, бьют меня по почкам… или нет, лучше по лицу… Но я успеваю позвонить по мобильному, приезжает скорая, куча телекамер вокруг, и я мужественно улыбаюсь с носилок! Общественный резонанс, известность…

Максим Панцов был весьма честолюбив, и по этой причине в последнее время активно сотрудничал со службой новостей.

В Москву он приехал из Екатеринбурга, отличался сообразительностью, ироничностью и здоровым жизненным эгоизмом.

– Кхм, – произнес Храмов, не отрываясь от Ницше. – Практика показывает, что все выглядит гораздо прозаичнее. Даже на почки не рассчитывай, контрольный в голову – и все дела.

– Спасибо, Сергей! – с сердцем сказала Лиза.

Вечером того же дня она встретилась с господином, купившим квартиру в олимповской высотке в районе Хорошево-Мневники. Человек этот по фамилии Волкевич (тот самый, что посещал на днях Храмова), будучи директором сети бутиков модной одежды, занимал роскошный кабинет в офисе на Малой Дмитровке. Лизу он принял радушно, бесшумная секретарша поставила перед ней микроскопическую чашку свежесваренного кофе и удалилась.